— Ах вы, мерзавцы! — прорычал Адриан, глядя на побоище, — всë-таки решили сыграть в Кремону!

Легат выдвинулся к месту сражения с тридцатью отборными сингуляриями и наблюдал с расстояния в четыре сотни шагов, немало рискуя.

Едва ли вожди варваров были наслышаны о событиях тридцатилетней с лишним давности, не самых достойных в истории квиритов. Потому скорее всего они не пытались повторить замысел вителлианцев в сражении с легионами Марка Отона в год четырёх императоров на полпути между Кремоной и Бедриаком, а придумали его самостоятельно.

— Да что же ты делаешь, Бетуниан⁈ — простонал легат.

В первой битве при Кремоне лазутчики загодя раскрыли Светонию Паулину засаду, устроенную его противником, вителлианцем Авлом Цециной, но часть войск Паулина, увлёкшись наступлением, в эту засаду всё равно умудрилась угодить. Так случилось и сейчас. Префект дарданов, Публий Бетуниан, спеша на помощь своим людям, позабыл предостережения Адриана насчёт подозрительного леса.

Легат в отчаянии сжал зубы — дарданы огребали по полной, а сам он торчал на виду у противника с горсткой людей. Легионы ещё слишком далеко. И идти им приходилось не по Постумиевой дороге, а по рыхлому снегу.

Сердце сжалось. Неужели он совершил ошибку?

Придя в окрестности Поролисса, Адриан не стал действовать поспешно, хотя разведка быстро выяснила, что предыдущие сообщения лазутчиков были в целом правдивы и даков немногим более шести тысяч, может быть около семи. Издали бегло посчитали шатры, а ночью костры, вот и прикинули.

Адриан, исходя из собственного опыта штурма Красной Скалы рассудил, что двухкратного превосходства может и не хватить, когда имеешь дело с варварами, которым уже нечего терять и они загнаны в угол. А угол этот укреплён, хотя и явно слабее Скалы. Холм, на котором стоял город костобоков, не слишком высок. Однако легат не двинул легионы на штурм сразу, а принялся воплощать любимую поговорку медлительного Светония Паулина: «Предусмотри всё, чтобы тебя не разбили, а победа придёт в своё время».

Было бы проще и понятнее, если бы даки сидели в крепости, но через одну ночь после постройки римлянами лагеря в миле к югу от Поролисса разведка донесла, что народу вокруг города как-то подозрительно мало. Меньше, чем шатров. И сама крепость навряд ли могла вместить такую толпу, какую насчитали лазутчики. Там и тысячу не разместить.

Адриан рассудил, что варвары в большинстве своём покинули город. А куда убрались — выяснилось не сразу. Эксплораторы облазили все окрестности в поисках семитысячного войска. Произошло несколько стычек. Чаще всего победителями в них выходили даки и Публий Бетуниан, префект Веспасиановой алы, которая и несла основные потери, человек отчаянно храбрый, удостоенный нескольких наградных копий и венков, в раздражении высказал командующему мнение большинства трибунов и центурионов — хватит топтаться на месте, следует скорее найти и раздавить варваров.