Киликиец, наконец-то справился с засовом и распахнул дверь.

— Вон масло.

Он посторонился, пропустив Тармисару. Оглянулся, потянулся. Заметил сидящих у костра.

— Эй, бездельники? Вам кто разрешил оставить посты?

Те не шелохнулись.

— Ах вы ленивые жопы, — возмутился сагитарий, — да я сейча-а-а-х-р-р…

Он схватился за шею. Кровь ударила фонтаном. Гергана выдернула нож, узкий и длинный, и сагиттарий ничком рухнул на землю.

Сердце Тармисары билось, как птица в силках.

— Чего остолбенела? — прошипела Гергана.

Она выволокла из сарая тяжëлую амфору с маслом. Тармисара подхватила ещë две.

«Просто вытащите наружу», — наставлял их Деметрий, — «и факелы, сколько найдëтся. Их надо отнести к дальнему костру, если получится».

— Давай, дурёха, отомри! — торопила её старуха, одна из самых знатных и важных женщин во всей Дакии, — чего фабр тебе говорил? Забыла? Пути назад уже нет!

Тармисара очнулась, сгребла в охапку несколько хорошо просмолëных факелов и поспешила к костру, совершенно не представляя, что сейчас скажет караульным.

Но приблизившись шагов на десять, замедлилась.

Снег бил прямо в лицо. Глаза нещадно слезились. Перед женщиной за стеной метели маячила высоченная тëмная фигура.

Тармисара сделала ещё пару шагов вперёд, совершенно не чуя ног. Она не могла оторвать взгляд от тëмного силуэта.

Он как-то странно топтался у самой стены. Тармисара прищурилась. Этот кто-то разламывал частокол. Несколько кольев покосились, наклонились наружу, два он уже вывернул, они валялись рядом.

То был не человек. Рослое существо, сутулое, косматое, с длинными руками… или правильнее будет — лапами? Они заканчивались внушительными когтями. Колья он расшатывал и ворочал с невероятной лёгкостью. Женщина понимала, что простому смертному в одиночку выдернуть их не под силу. Сначала пришлось бы подкопать.

Никто ему не мешал. Караульные будто ушли, бросили свои посты. Двое так и сделали, наплевав на приказ, отправились погреться у костра. Но почему они не поднимают тревогу? Уснули что ли?

Тармисара бросила быстрый взгляд по сторонам и увидела ещё одного из бревков. Он лежал возле башни.

Точно уснул. Вечным сном.

Это… существо вывернуло третий кол и отбросило в сторону. Взялось за четвёртый, он поддался ещё легче. В образовавшуюся брешь уже легко бы протиснулся человек.

Существо учуяло присутствие женщины. Обернулось. Замерло.

Тармисара силилась разглядеть его лицо… или морду. Безуспешно. Глаза отчаянно слезились.

Тëмная фигура не двигалась, замерла, будто статуя, не издавая ни звука.

Шаг. Ещё шаг. Женщина будто по болоту пробиралась, где вязкая хлюпаюшая жижа неумолимо затягивала в свои смертельные объятия. Ноги хотели подломиться, но всë же продолжали нести еë вперёд. Она смотрела на тëмную фигуру завороженно, не в силах оторвать взгляд, не в силах повернуться и убежать. Что-то притягивало еë. Неслышимый зов, ласкавший еë имя.