Лес всегда наполнен жителями и событиями. Жизнь таится под землей, где суетятся кроты, да лесные мыши; жизнь бурлит под каждым листом дерева, бьет даже из самого мертвого пня — там ворошатся кислые на вкус кусачие муравьи.

А Таор еще и слышал голос стаи.

Когда есть стая — есть и ее голос, особая частота, на которую настроены все они, каждый Волк. Голос стаи звучал для Таора как множество звуков, сливающихся в один хор, как вечная тягучая песня. Оттуда он слышал новости, приказы, оттуда они слышали друг друга. Волки ведь не Вороны, мысли не читают. Слышат только голос друг друга — оттуда. Таор с детства представлял голос стаи как облако, плывущее над всеми из рода. Огромное хоровое облако, которое слышат только свои.

Прислушался, втянул грудью свежий утренний воздух. Перед ним сразу молнией возникла картина — кто где. Здесь, между деревьев час назад бегал заяц, ходил тетерев. За два дерева отсюда лиса поймала и загрызла истошно пищащую мышь. Дикий кабан фырчал, рылся в земле, его спугнула и погнула волчица. Да, волчица. Таор чуял и ее молоко.

Лес не пустой — это город с миллионом жителей и событий.

Для Волка.

«Дрей».

Им не было нужды договариваться. По взаимному молчаливому согласию встречались и сопровождали друг друга. Традиционная прогулка, а порой — и охота. Как только лицо Дрея показалось из-за деревьев, Таор первым подал голос.

— Скажешь хоть слово — отсыплю в нос, — сходу предупредил.

Шрамированное лицо Дрея расплылось в зловещем оскале. Он точно знал, что произошло вчера, был готов позубоскалить и Таор прекрасно представлял процесс. Целую минуту серый молчал, скользя за три шага слева, а затем непринужденно уточнил:

— Об хлебушек поцарапался?

Таор бросил взгляд на свежие царапины, которые Аса оставила на руках, пока сопротивлялась вчера.

— Иди в лесу заблудись, — беззлобно ответил.

Тот ухмыльнулся.

— Так она сильнее, чем кажется, раз отбилась? Или ты ее для меня бережешь?

Он прекрасно чуял, что женщину Таор не трогал. Теперь Дрею достался мрачный взгляд.

— Смотрю, ты себя не бережешь, Дрей.

— Неужели девственница? — Дрей не обратил внимание на предупреждение. Метнувшись на него, Таор успел схватить только воздух, потому что Дрей тут же дернул в сторону. Еще несколько минут стремительной гонки, и Волки рыча сцепились в клубок, нещадно мутузя друг друга по ребрам и заламывая руки.

Через десять минут утренняя зарядка закончилась. Отряхнувшись, двинули дальше. Рукопашная была стандартной процедурой — Волки грызлись между собой, сознательно поддерживая форму и авторитет.

— Так ты не собираешься ее брать? — все-таки уточнил Дрей, поправляя нос.