— Это не лекарственная лавка, — произнесла я вслух, ощущая как под стоны меня постепенно покидает воодушевление любопытства.
— Лекарская. Здесь принимает лекарь. Он лечит, латает, может кое-что продать, — произнес Таор, но не договорил, потому что соседняя дверь открылась и к нам вышел крупный серьезный мужчина. В мощной волосатой руке он держал длинный инструмент, похожий на ножницы. Я углядела на «ножницах» окровавленный ватный тампон и малодушно попятилась, прячась за Таора.
— Таор, — кивнул страшный мужчина, доставая свободной волосатой рукой что-то из стола. — Дело? Опять кого поломал?
— Грин. Пока все целы, — коротко ответил Таор. — Долг зашел отдать.
Пройдя к столу, он положил на него несколько монет.
— В расчете. А это кто с тобой? — мужчина обратил на меня взгляд, который, как и у Таора оказался янтарным.
— Гостья.
— Доброго дня великому роду, — робко произнесла я, стоя у двери. Мужчина продолжал сжимать в руке окровавленный зажим.
— Миса, — тот одобрительно наклонил голову и двинул ноздрями. — Ничья?
— Ничья! — недовольно подтвердила. «Недовольно» — потому что мне порядком надоели эти волчьи выяснения права собственности, будто я какая-то… вещь.
— Моя, — одновременно подал голос Таор, спокойно возвращаясь ко мне. — Моя гостья.
На секунду мы схлестнулись взглядами.
«Моя».
Сердце невольно замерло и забилось сильнее от нахлынувшего изнутри внутри странно- сладкого чувства. Резко потребовалось больше воздуха, и я даже хватанула его ртом.
— Будь здоров, — так же коротко кивнул мужчина, уже не обращая на меня внимания. Сбросил монеты в стол, быстро повернулся и рявкнул кому-то в комнате. — А ну сидеть! Сидеть, я сказал! Я еще не закончил.
Через несколько мгновений после того, как он вернулся в комнату, стоны возобновились.
Я поспешно толкнула дверь, выбираясь наружу и уже на улице остановилась, незаметно стараясь продышаться.
— Не понравилось? — Таор вышел за мной.
— Не та лавка, которую я ожидала, — призналась, пряча глаза. — А лавка есть? Лекарственная, с травами, травницами….
— Такой нет.
— Как нет? — я аж потрясла головой.
— Так же как «есть», только «нет», — ответствовал Таор и подтолкнул меня к соседнему дому, над которым вместо вывески недвусмысленно трепетала настоящая рубаха. — Займись юбкой.
Портняжная лавка оказалась ожидаемо наполнена цветными тканями, нитками, лентами, кружевами в окружении ножниц и иголок. Положив на стол монету, Таор попросту вышел, оставив меня наедине с худощавой черноволосой портнихой. Проводив взглядом мужскую спину, я по ее выражению поняла, что с юбками Волк дело иметь не привык и оставаться в женском царстве надолго не желает. Посему — оставляет за мной полную свободу действий.