«А что если к кровати привязать?»
Будто уловив его мысли, Аса осторожно отступила.
— Я не брала их при нем. Он на окно положил и ушел. А пирожки так пахли… Я не удержалась, — виновато произнесла и показала на котелок. — Там чай, видишь? Я специально для тебя приготовила. Он хороший, успокаивающий. Тебе надо… побольше.
Дрей сзади загоготал.
Соскучившись за полдня взаперти, я развела бурную деятельность: прикатила на берег чурку, поставила на нее деревянное ведро и принялась за стирку белья, которое немного натерла цветком струпнина. Немного! Могла и больше натереть, а могла и ниже… Пожалела. Знаю, вспылила. Но Таор тоже хорош! Не слушает толком и на сучках подвешивает как… белье.
Мужчины после трапезы развалились на берегу, поглядывая на меня так, будто я умиротворяющий пейзаж вроде озера или деревьев. Таор по виду обиды не держал. Периодически почесывая спину и плечи, посматривал в мою сторону незлобиво, с непривычным любопытством.
Чай с пустырником действовал.
Я пыталась разобраться. Утверждение Тирома, что Таор — насильник, казалось бредом. Самый злой волк? Да. Грубиян? О, да! Насильник? В этом я очень сомневалась.
«Какой он насильник, если ко мне даже близко не подходит? Насильники они пристают, насилуют. А он даже в первую встречу отпустил, хотя мог и не отпускать. Вчера не тронул. Да и зачем бы меня под его начало отдали? Значит, Тиром обманывает», — более-менее уверила себя. — «Или другое — я Таора не интересую».
Последняя мысль заставила меня нахмуриться и начать оправдываться уже перед собой за сдвиг собственных бровей.
«Нет, я и не хочу его интересовать… Мне это совершенно не нужно. Абсолютно. Зачем мне интересовать Волка? Просто нормальная женская гордость: если даже насильник не хочет, становится чуточку досадно и хочется, чтобы немножечко хотел. Теоретически. Издалека. И вообще… О чем ты думаешь, Аса⁈ Что может быть у человека и великородного?»
На последний вопрос толкового ответа я не нашла. Относительно успокоившись насчет Таора, начала думать о Тироме.
В то, что и он так плох верить не хотелось. Как и в то, что врет… Милый же парень, теплый такой. Интересно, мог Таор преувеличить?
А если нет, могу я испытывать приязнь к хорошей части нехорошего Волка?
Сложно с ними…
— Хорошо стирай, качественно, — произнес Таор, заметивший, что я почти остановилась, погрузившись в мысли. — Или сама будешь на нем спать. А я погляжу на результаты.
Голос у него звучал добродушно. Точно, чай.
— Печь на ночь хорошенько подтопи, — заметил Дрей. Он пообедал с нами, а теперь лежал на боку и задумчиво вертел во рту травинку. — Белье надо без одежды проверять.