Да, франки вполне хорошо себя чувствуют на своей половине пролива, и тут пока никуда дальше окру́ги Аннарюса не собираются. А если вы начнёте свозить им товары для обмена и торговли прямо туда — вряд ли соберутся вообще, они народ ленивый. Нет, Рауль, ты не ленивый, ты честный труженик и граф, мы помним.
Да, есть ребята в Дувре, то есть тьфу ты, Аннарю́се, которые умеют строить причалы и портовые краны почти так же хорошо, как наши. Ну, или скоро научатся. И вам построят вдоль берега, не вижу проблемы. А Свен и Олаф дадут толковых кормчих, что покажут, в какой стороне устье Эйдера. Через него и к ним, и к нам быстрее выходит. Откуда знаем? Да два чёрта секрет подарили перед смертью, Рудольф и Гаспар, тут его как Джаспера знава́ли. Что с чертями теми случилось? Так домой ушли. Ну, как ушли… Один улетел в разные стороны, быстро, а второй по колу́ сполз, медленно.
Нет, нам правда не нужно заставлять вас в кого-то верить и собирать за это деньги. Ну вот так, не хотим мы, ленивые, как франки. Шучу, Рауль, шучу! Да, мы научим строить всякие занимательные штуки, расскажем, как лучше обороняться от тех, кто пока не в курсе, что мы дружим дома́ми. А маршруты и договорённости с портами франков, норвегов, датчан, шведов и нашими подарим. Да, бесплатно. Да, прям совсем-совсем даром. Да, это та самая исконная наша правда, которая в том, что в Ирий с собой ни единой монетки не забрать, поэтому больше па́сти не откусишь, а шире жо… Не надо нам лишнего, короче, и всё!
Королеву давно унесли на постаменте, внимательно следя, чтоб не вперёд ногами — вот никогда не подумал бы, что примета настолько древняя и повсеместная. Бородач Малкольм сперва постоянно ходил проведать, пока она сама не прогнала его посидеть с мальчишками, чтоб не мешал спать. Вразрез с первым впечатлением, на эль и брагу он не налегал, а к разговору подтягивал старейшин, которые начинали задавать вполне предметные вопросы, будучи, видимо, кем-то вроде министров или советников при короле. Один старик с лицом прожжённого жулика долго ругался через архиепископа со Всеславом. Князь сперва опасался, а потом уже и надеялся на то, что святой отец отоварит прохиндея по-своему, по-пастырски, но ошибся. Приняв вид смиренный и насквозь альтруистический, старый викинг сообщил, что здесь, в Альбе, тоже чтят древние Честь и Правду, поэтому за каждый построенный порт заплатят столько-то золота. А за почётную возможность размещать на причалах, маяках и воротах крупных городов рядом с королевским щитом ещё один, со знаком воина-друида из-за моря, будут отправлять на Русь вот столько-то. Я в здешней метрической системе не ориентировался совершенно, князь тоже, но переть против зарождавшейся взаимовыгодной дружбы народов на базе государственно-частного партнёрства с участием ведущей конфессии мы на всякий случай не стали. Только велели изложить всё подробно на бумаге. Нет бумаги? На шкуре тогда. Только разборчиво чтоб, крупными буквами и лучше на датском. Почему? Его Глеб хорошо знает. Кто такой Глеб? Узнаете, как торговать начнём. Кто тут у вас, к примеру, по шерсти главный? А по селёдке? Что, соль тоже есть? И серебро? Ну, соли-то у нас своей завались, а вот серебро — вещь полезная. Только катать её через полмира на лодьях долго и рискованно. А вы знали, что если шерсть спрясти, а потом с неё связать или соткать, к примеру, вот такой половик в весёлую клеточку, то он в семь концов дороже продастся? Не знали? Ну ничего, Глеб научит. Да-да, тот самый, сын мой родной, он у нас по торговле голова!