— Дом моего отца неподалёку от Роскилле. Со скал видно простор Большого Бельта, — отозвался хромой тут же, быстро обернувшись на слепого. Который ткнул ему в спину кулаком. Чтоб не забывал про акцент.
— Добрые места, бывал там, — едва ли не напевно протянул здоровяк. А ладони его скрылись в широких рукавах одеяния. — Каким ветром тебя занесло в эти края?
— Мы с другом ходили на драккаре Ульфа Поджигателя. До той поры, пока он не надумал добраться до земель русов. Они выстроили богатый город в устье Даугавы, в Венедском заливе. С трёх лодий нас выжило только двое. Теперь ходим по земле и везде славим имя Господа, даровавшего чудесное спасение. Он сподобил и до этих краёв добраться, — спокойно рассказал маленький. Слепой грустно кивал за его спиной.
— Пойдём в мою скромную обитель, сынок. И друга бери. Придержи только дверь мне, несподручно с бочонком.
Он наклонился и подхватил свою ношу так, будто в ней было пусто. Низенький, подпрыгивая, одолел три ступеньки, на которых слепой едва не растянулся, споткнувшись.
— Проходите, дети мои, — прогудел из-за их спин настоятель.
Зал скромной обители поражал. Доспехи и оружие на стенах, здоровенный дружинный стол с крепкими лавками. Шелк и бархат на ложе в углу. Сзади гулко стукнул засов, опустившись в пазы.
— А теперь по порядку, ребятки. Кто послал, откуда и зачем.
Обернувшись значительно быстрее, чем полагалось хромому со слепцом, странники едва не упёрлись в острия болтов двух тяжёлых арбалетов, что смотрели им в лица. Не дрожа в крепких руках старого Стиганда. Бывшего капеллана войска короля Кнуда Великого. Архиепископа Кентербери.
— Ты чего это, святой отец? — с очень натуральным испугом воскликнул хромой. — Сам же пригласил войти!
— Войти-то вы вошли. А вот выйдете ли — будет зависеть от того, что и как расскажете, — самострелы, из каких только с крепостных стен стрелять, положив на твёрдый камень, в мощных руках не шелохнулись. — Ты, мальчик, ещё мамке подол мочил, когда я таких как вы к старой Хель отправлял.
— Мы свои, мы Господу молиться… — продолжил было уверять низенький. Но тут слепой положил ему на плечо ладонь, а как будто рот зажал.
— Странники мы, святой отец. Со Пскова. Пришли на змеек говорящих поглядеть, что на двух ногах ходят, — совершенно спокойно проговорил безглазый.
— О как, — взлетели брови старого викинга. — Русы? Здесь?
Да, владение датским на уровне родного не входило в широкий круг Всеславовых талантов и умений. Понимать — понимал, а вот говорить ловко не выучился. Поэтому и взял с собой Лиховоя. Тот знал до диалектов шведский, датский, норвежский и германский. Помимо того, что был из Ти́това десятка. Следовательно, знал и умел гораздо больше.