— Меня здесь нет. И если будете писать рапорт, не упоминайте, что мы встречались.

— Конспирация?

— Она самая.

— Договорились. Кстати, вам летчики не нужны? — сверкнул зубами Быковский.

Вася рассмеялся — полковнику Быковскому сейчас лет тридцать пять, а выглядит он еле-еле на тридцать, смешливый, с загнутым вниз кончиком носа и темными волосами. Загореть — так будет вылитый испанец, разве что глаза светлые, за француза сойдет вообще без вопросов. Н-да, только представить себе — летчик-космонавт в партизанской авиации!

— Пока нет, не доросли мы еще до самолетов.

За спиной над детьми ворковали на интернациональном женском языке Исабель и Валентина Быковская, а Вася отдался внезапному ощущению полного счастья — море, солнце, свобода, космос!

Всего три дня назад его везли в тесном фургоне из Брюсселя в Амстердам, а рядом дремали два парня с автоматами «Узи». Еще двое с оружием сидели в кабине — причем никого ни среди полицейских, ни среди пограничников это не волновало. Просто потому, что на боках колесного бронекошелька красовалось название известной алмазной фирмы.

Контакты из Моссада не подвели — всего через несколько часов после связи с Боливией к воротам кубинского посольства подошел визитер и назвал пароль. Внутри Авраам Дорф, как он себя назвал, быстро согласовал с людьми Пинейро и касиком последовательность действий.

Напоследок он улучил минуту и прямо спросил у Васи:

— Почему вы нам помогаете?

— Во-первых, я ненавижу, когда убивают беззащитных.

— Но вы же сами…

— Мы воюем с вооруженным противником и не трогаем мирных. А во-вторых, я учился в России и немного знаю про то, как наци вели себя с евреями.

Авраам пожал руку и откланялся.

Исабель с дочкой вылетели на Кубу напрямую, их никто не разыскивал, а вот Васю с настоящим израильским паспортом вывезли в Амстердам на фургоне, не подлежащем досмотру. Так что в Боливию он прилетел как гражданин Израиля, над чем сдержанно похихикали товарищи.

В Кочабамбе, в штабе миллисианос дым стоял коромыслом, а поток курьеров на телеграф и обратно напоминал цепочку рабочих муравьев — Че затеял партизанский съезд, на который сзывали близкие по воззрениям организации со всего континента. Через день Вася взвыл и уехал в тренировочный лагерь в Тарату, где проходили подготовку курсанты из десяти стран Южной и пяти стран Центральной Америки, не считая Мексики и островов Карибского моря. Ну и отдельные добровольцы из Италии и Германии.

— Сейчас у нас восемь человек, так сказать, с высшим образованием и примерно сорок «полевых» оперативников, — Вася с Габриэлем уселись на лавочке поодаль от восстановленного домика радиостанции.