— С приездом!!! — и тут же заботливо и одновременно строго поинтересовалась: — У тебя все в порядке?

— Да, мам, все прекрасно.

— Как там Куба? — отец улыбался и ждал своей очереди обнять Вову, облокотившись на косяк двери в гостинную.

— Отлично! — торопливо ответил Вова и тут же отругал себя за нарочито бодрый тон.

Все было действительно отлично, но бравировать этим перед отцом он посчитал стыдным.

— Да уж вижу, лыба на пол-лица, — как всегда иронично отец оглядел загоревшего Владимира.

— А почему такой взъерошенный? — допытывалась мама.

— Да с комсомольцами закусились.

— Что, опять?

— Ну да, — протянул Вова, стаскивая гимнастерку с черно-красными нашивками, — представляешь, они наш автобус встречать приперлись, свистели и орали.

— До драки не дошло? — посерьезнел отец, помнивший, как первые интербригадовцы рубились с комсомолом, прогрызая себе место в жизни Советского Союза.

— Не, старшие развели.

— Кто, Коля?

— Да, и он тоже.

— Ладно, дуй в ванну с дороги, потом расскажешь.

А рассказать было что — «Интербригада имени Римака Синче», как победитель всесоюзного соревнования, выиграла поездку на Кубу! Там ребята прошли с рюкзаками и винтовками от места высадки с «Гранмы» до Сьерра-Маэстры, посетили музей Че Гевары в Санта-Кларе и много других интересных мест. Но самое главное — в поездке Вовка познакомился с Таней из «Интербригады имени Авраама Гильена», и теперь сердце его то взлетало, то падало в пятки, каждый раз, когда он ее вспоминал. Но, по счастью, гильеновцы — бригада из подмосковного Загорска, и они с Таней еще увидятся, непременно увидятся, тем более, есть повод.

За ужином Вова, захлебываясь, рассказывал о поездке: про бригады и отряды из других стран, от Филиппин до Вьетнама, от Италии до Анголы, про экскурсию в знаменитый на всю Латинскую Америку медицинский центр имени Рене Вайехо, но самое главное — о приезде в лагерь самого Тупака Амару.

— Знаете, — отложил вилку Вова, — а он очень хорошо говорит по-русски!

— И что ты ему сказал? — наклонил голову отец.

— Ну, нас представляли по именам-фамилиям и он спросил, как зовут вас, а потом как зовут деда, — хитро улыбаясь сообщил интербригадовец.

— И внезапно оказалось, что он деда знает, — не удержался Эрнест Васильевич.

— Да… Ты… вы знали??? И ничего мне не говорили???

— А фотография деда с Че Геварой тебя ни на какие мысли не натолкнула?

— Ну так то в Москве было!

Перед сном сын и родители по привычке включили «голоса» — нет, не на приемниках, как когда-то, а на мобильных. «Радио Ребельде» вещало на восьми языках и теперь, когда Вова в поездке наэкономил себе на приличный аргентинский мобильник, можно было слушать по отдельности. Но сегодня ничего интересного не передавали, только давнюю речь Фиделя в записи…