Как и в Росарио, В Буэнос-Айресе помещение Хунте революционной координации предоставил профсоюз, только не на заводе, а в собственной штаб-квартире, которую охраняли свежесформированные отряды милисиано. Оружие для них тупо вытрясли у армии — пусть старое, зато много.

— И все-таки надо отомстить, — упрямился Ильич. — Отомстить так, чтобы американцы зареклись соваться к югу от Рио-Гранде.

— Что, предлагаешь убить Никсона? — скептически хмыкнул Габриэль.

— Бестолку. Вон, Кеннеди убили, — напомнил Вася, — и ничего не поменялось.

— Вот и я о том же.

— Можно не убивать, — уперся Рамирес Санчес, — можно сильно прихватить за кошелек…

— Да как??? Биржу опрокинуть? Форт-Нокс взорвать? — оторопел Вася.

— Придумаем, — неожиданно поддержал венесуэльца Габриэль. — Не может быть, чтобы не придумали.

— Бомбу заложить, — брякнул Ильич. — Большую. И объявить, что взорвем, если требования не выполнят.

Команданте посмотрели на него снисходительно, как на несмышленыша, Ильич надулся и отсел в угол.

Помимо охраны и помещения в несколько комнат, CGTA предоставил телетайпы, пишущие машинки, радио и телевизор. И три телефона, один из которых разрывался от звонков — люди соболезновали, предлагали помощь, проклинали убийц…

Вася отрешенно смотрел в окно дальней комнаты — как отомстить Америке? Как ударить по кошельку? Национализация? Ну так она пока возможна только в Боливии и Перу, это слезы на фоне других стран. Да и забирать в государственную собственность все подряд не стоит, это может дорого обойтись подписавшимся на такое странам. К тому же, это долго, и проймет не сразу.

«Бомба» — язвительно подумал Вася. — «Большая. А лучше атомная. Ха. Ха. Ха.».

Даже если представить, что у герильерос каким-то чудом появится такая бомба, что делать с ней дальше? Везти в Вашингтон? В Нью-Йорк? Бред собачий, там нет ни структуры, ни людей, ни черта неизвестно, не светить же Рики Цоси… Зато есть полиция, ФБР, ЦРУ, АНБ и прочие… А вне территории США? Военных баз полно, но это из пушки по воробьям, опять же, нет давления на кошелек. Ну прищемят они спруту одно щупальце из сотни, он и не заметит.

— Команданте, — в дверь просунул голову связист. — С вами хочет поговорить генерал Торрихос.

— Иду.

Голос генерала звучал тихо, но Омар сумел найти слова поддержки и сочувствия.

— Мы пытаемся установить социальную справедливость, а значит, всегда будем иметь множество врагов. Помните об этом, Уасья.

Сквозь помехи Торрихос рассказал, что из Панамы вылетело несколько рейсов с американцами, а войска США в зоне канала приведены в полную готовность.