Завязалась банальная драка, во время которой баронет ткнул ножом графа. Только тогда пьяные гости сочли нужным вмешаться и кликнуть прислугу.
Граф фон Воттенберг потерял много крови, но выжил, а к утру пришёл в себя настолько, что послал за баронетом стражу. На своих землях граф был высшей властью и спускать покушение на свою особу не собирался.
Однако мой жених, в силу того, что не получил ранение, а, напротив, сбросив в бою адреналин протрезвел быстрее, понял, что натворил и чем это грозит. К утру он уже исчез из дома вместе с вещами. Послали стражу в его родительский дом, отправили стражу в принадлежащую ему деревню, но, разумеется, его нигде не нашли. Поэтому к замку баронессы сейчас приближается отряд графской стражи с приказом найти жениха и арестовать его.
- Но ты же понимаешь, что баронет Эттинген не идиот и никогда больше не появится здесь? – уже успокоившаяся Альда смотрела на меня с очень лёгкой, почти незаметной улыбкой, а гости вокруг перешёптывались, не слишком соображая, что им сейчас нужно делать. Однако слова - «венец безбрачия» - звучали все чаще и чаще, и все больше людей смотрело на меня с интересом, жалостью, но больше - со злорадством и радостью во взглядах.
Я отвернулась к окну, с большим трудом удерживая улыбку. Слава тебе, Господи! Вот уж повезло, так повезло!
От публичных рыданий баронесса-мать все же удержалась: резко развернулась и покинула трапезную. Меня же окружили собравшиеся гости, в основном – женщины и их дочери, и принялись дружно соболезновать мне так, чтобы сыпнуть на «кровоточащую рану» свою маленькую щепотку соли:
- Господи Боже! Какое ужасное несчастье! Ну, ничего-ничего… Церковь учит нас не быть суеверными, да я и сама не верю во всякие гадания! Конечно, венец безбрачия штука страшная, но может быть и нет никакого венца!? Может быть со следующим браком вам повезёт больше, милая Софи? – приговаривала мадам Тересия.
- Не надо плакать, дорогая Софи! Господь учит нас смирению и покорности… Моя Эрнестина, например, только радуется, что может жить в отчем доме! Поживёте ещё свободной жизнью под крылом маменьки, научитесь смирять гордыню и Всевышний обязательно пошлёт вам нового мужа!
Я стояла молча и через некоторое время этот утешительный гул начал стихать, гости вдруг заметили, что я не бьюсь в истерике, не рыдаю, а просто вежливо слушаю. Воцарилось несколько неловкое молчание, которое прервала Альда:
- Смирит она гордыню или нет – ещё неизвестно, а я вот прямо вижу, что у неё венец безбрачия на челе! Первый жених умер, второй сбежал, если вдруг кто и осмелится посвататься… Мне уже искренне жаль, что этот отважный мужчина тоже может попасть в беду!