— Это морочник. Какой пухленький… — Ляля протянула было руку, но крыса ощерилась и зашипела. Впрочем, дядя Женя тряхнул её, заставив замолчать. И бросил веско:

— Не шали.

— Они в старых домах заводятся. Мороки насылают. Силы из людей тянут.

— Ой, да сказете тозе. Это всё клевета и подлые инсинуации! — крыса повисла. — Цёрный пиар и систематическое оцернение малого народа. На самом деле мы потребляем исключительно негативные эмоции, избавляя целовеков от груза лишних переживаний.

— Которые сами и насылаете, — ведьмак снова тряхнул руку. — Пришибить надо бы…

Сказал он тоскливо.

И на Данилу посмотрел.

— Может…

— Не, — Данила замотал головой. — Это… это как-то…

А потом спохватился:

— Вы ж ведьмак! Вы ж с нежитью бороться должны, как я понял.

— Так… в этом и проблема, — дядя Женя крысу прижал к груди. — Не могу. Гонять могу, а прибить не могу… вот… ещё когда действительно нежить, тогда да, там прям выворачивает, а это ж нечисть.

— А есть разница?

Честно говоря, Данила пока не сталкивался ни с тем, ни с другим. Или уже можно считать, что сталкивался.

— Бозечки, — произнесла крыса, картинно закативши очи. — До цего реформы образование довели! Молодой маг не знает разницы мезду незитью и нецистью!

— Нежить — это творение некромантов, — сказала Ляля. — Ожившие покойники, перевертни, химеры всякие. То, что раньше было мёртвым, но потом снова стало живым. А нечисть… ну она живая изначально. Просто другая.

Ага.

Почти понятно.

— Мелкие твари, — дядя Женя держал крысу крепко, не позволяя ей вывернуться. — И людям часто вредят.

— Мозно подумать люди никому не вредят. Пришли в мир. Порядки свои навели. А нам как зить? Как зить, я спрашиваю? — тоненьким голоском возмутился морочник. — Мезду процим мы тоже разумны и право имеем…

— Разумных существ убивать нельзя, — Данила почесал макушку, пытаясь найти подходящий повод, чтоб не выглядеть совсем уж глупо. — Уголовный кодекс не велит.

— Вот-вот!

— Выпустить её тоже нельзя. Будет расти и людей жрать.

— Я никого не зрала! Я, мезду процем, сыроедка…

— Людей сырыми жрёшь? — ведьмак явно не спешил верить.

— Вегетарианка!

— До смерти доводишь…

— Да я тут третий день всего! Кого я б успела… никого не успела… так, заглянула… осмотреться. Думаю, место-то хорошее. Хорошее место. Цего оставлять? Подвалы глубокие. Темные. Просто красота! — крыса сложила лапки на груди. И глаза её наполнились слезами. — А вам залко, да? Залко места? Сами зивёте-зивёте, а нам, знацит, нельзя? И куда мне… под мост идти, на мороз и холод…

— Лето на дворе, — возразила Ляля.

— Пока. А потом мороз и холод. И дозди.