Так. Не думать. Иначе сила сорвётся и она, Ульяна, тоже. А дышать. Медленный вдох.

— Умница…

Бабушкины руки тёплые и тепло это одновременно злит и манит.

— А теперь давай, повторяй за мной. Старая луна по небу плывет, а незваный гость в дом идет…

— Старая луна…

Получалось нараспев. И главное, мелкие мошки прекратили суету, застыли, будто вслушиваясь в заговор.

— Старая луна на небе висит, в самое сердце гостя глядит.

Облако медленно начало движение, ровное, без суеты.

— Доброго гостя к порогу приведёт, дурной гость дороги не найдёт…

Оно разделилось на тончайшие нити, которые ненадолго зависли в воздухе.

— Все дороги хранит, пути сторожит. Сорок сороков отворит…

Мир менялся.

Ульяна вдруг задохнулась от ужаса и восторга, потому что тишина, глухая и тягучая, разбиваемая лишь голосом бабушки, вдруг исчезла. Её стёр многоголосый хор жаб и звон комариных стай. Где-то далеко ухнула сова. И главное, Ульяна видела её.

А ещё видела землю.

Траву.

Деревья, корни которых уходили в неведомые глубины. Видела бабочек, что кружили над фонарём. И пару нетопырей, облюбовавших чердак. Ласточек, что дремали в гнезде. И дорогу, ту самую, над которой нависло облако. А потом рассыпалось и под мерное бормотание, опало то ли росой, то ли пылью.

— … двери не увидит, порога не найдёт…

Она теперь видела, как слова собирают силу и меняют её, заставляя подчиниться. И удивлялась, что получается. И боялась, что это ненадолго, что…

Но повторяла.

Спешно и в то же время заставляя себя проговаривать каждое слово.

— … как на небе луна на исход идёт, так в мой дом незван никто не войдёт…

И собственный голос тоже звучал в тишине:

— Закрываю свой дом на сорок ключей, от сорока незваных гостей…

— Да будет так.

— Да будет так, — эхом отозвалась Ульяна, выдыхая.

Сила ушла.

Желание проклясть всех — с нею. Не факт, что надолго, но тоже ушло. Зато осталась лёгкая слабость в коленях, и дрожащие руки, и тающее ощущение мира, частью которого она, Ульяна, была.

— Кажется, я весьма вовремя, — раздался голос, развеивая остатки очарования. — Доброго вечера.

У калитки обнаружился парень.

Напрочь незнакомый парень.

Точно незнакомый.

Ульяна бы запомнила: невысокий, кажется, даже ниже её. Беловолосый. Причём волосы эти заплетены спереди в две косицы. Бледный. И красноглазый.

— Здравствуйте, — сказала она вежливо и посмотрела на бабушку. Может, ещё какой родственник прибыл?

— Демон, — бабушка родственника не признала, но как-то даже подобралась.

— Ведьмы, — ответил тот.

Одет был демон в белоснежный деловой костюм, который почти сливался по цвету с рубашкой, а та — с кожей. И в целом создавалось некоторое ощущение потустороннести. Даже захотелось пальцем ткнуть, вдруг да демон призрачный?