Выглядит старой, а скачет как молодая — точно ведьма. Многие наказанные внешне старились раньше времени — морщины появлялись, глаза становились пустыми и мёртвыми. Зато организм, пропитанный магией, работал как часы.

— Иришка-то? — хмыкнул интеллигентный мужчина в пальто и кожаной кепке «с ушками». — Иришка сама по себе. Вон там живет, за загсом. Идите прямо до конца улицы, а там направо. Номер дома не помню, извините. Хорошая она, — улыбнулся он тепло, — дочку мою спасла — на ноги поставила, когда врачи в гроб клали. Но вы её не найдете. Она сама появляется, когда хочет. А не хочет, чтоб нашли, — в жизни не найдете, — наклонился ко мне, понизил голос: — Вы не верьте, будто она безумная. Нет, она нормальна и очень умна. И дар у неё есть, знаете, как у этих, у экстрасенсов, — и кивнул серьёзно.

Точно ведьма.

— Крестница ей, ась? — дедок с окладистой бородой смотрел на меня с нескрываемым подозрением. — Подруги доча? А пошто ж раньше-то не интересовались, а, девицей-то нашей? Как убёгла? Куда? Откуда? Ай, темнишь, красавица… Но слухай: вон тот дом, вишь, синий? Там и живёт Ираида Савельна. Но найдешь — не стучись, покуда тя не пригласят. А то ж были смельчаки-то, кто без спросу лез. Прокляла — и где оне нонче? Нема! Сгинули! Вот те крест, девка!

Ничего, я воробей стреляный… И, похоже, я права — она ведьма со сферой смерти.

— Ираидка-то? — ярко накрашенная женщина за сорок ревниво поджала алые губы. — И зачем вам баба эта дурная? А давайте лучше я вас с доченькой со своей познакомлю! Алюша! А ну, бегом сюда! Да вы гляньте только! Модель красоты! Хоть сейчас на подиум! А? Алюша, повернись, не стой столбом! Ну, красавица же, красавица? Вот то-то же! Надумали — Ираидку снимать! Да её-то из гнезда своего не вытащишь! Горел дом — представляете? — а она сидит в своей каморке, под крышей-то, и мужиков-пожарных проклинает! Дура — она и есть дура! Жаль, спас… ах, повезло ей, ливень был! Алюша, прекрати ковырять немедля!.. Что, снимать-то будем?

Извините, некогда… А за каморку под крышей благодарю, да.

— Вот тут Ираида Савельевна живёт. Вот в этом доме, в первом подъезде, на третьем этаже, — боязливо указала на обшарпанное строение девушка в чёрном берете. — Но вы к ней не ходите, она странная. И наброситься может, и даже с ножом. Случалось. Её соседи боятся. Да и мы тоже. У нас, знаете, клиники-то нету, для таких… ну, странных. Но как-то у соседей кончилось терпение, они вызвали из краевой столицы бригаду, а они не доехали. Три бригады высылали, подряд, и со всеми аварии в пути. С жертвами даже, — и, пугливо оглядевшись, прошептала: — Говорят, смерть за ней ходит. Кто перейдёт дорогу — с теми несчастья случаются.