Глава 15. Ночь в архиве
Страница 71 из 117
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 15. Ночь в архиве

Страница 71

— Девяносто четвёртая статья, — тихо сказала я. — «При двух послухах и при прокторе». А здесь никого, один Кукшин.

Остожин наклонился над книгой, долго смотрел и выпрямился.

— Два года назад проктором был не Ветлугин, а старик Пятунин. Он тогда болел всю зиму и помер весной.

— Значит, Кукшин написал, что переплавил, один и без свидетелей, пока проктор лежал больной, и никто не проверил.

— Никто не проверял, — подтвердил Остожин. — Кто ж проверяет журнал Печатной палаты? Я тридцать лет сижу в этом подвале, и ты первая, кто его открыл.

Я откинулась на спинку стула, и в голове у меня медленно, кусок за куском, складывалась картина.

— Давайте посчитаем, Евстигней Карпович, как в задачке.

Он сел напротив.

— Поддельные листы с ответами скреплены печатью с трещиной через букву «П», и трещина видна на всех листах. Значит, печать была настоящая, старая, треснувшая. Её никто не подделывал, ею просто пользовались.

Остожин кивнул.

— Дальше. Старую печать, если верить журналу, переплавили два года назад, но запись сделал один Кукшин, без свидетелей, вопреки Уставу. Значит, есть основания думать, что её не переплавили и она где-то есть.

— Есть основания, — согласился Остожин.

— И ещё. В моём сундуке проктор нашёл воск с оттиском «чистым, ясным, без изъяна», то есть с оттиском новой печати, без трещины. — Я подняла палец. — Выходит, воск в моём сундуке и печать на поддельных листах от двух разных печатей. Если бы я подделывала листы, у меня был бы оттиск той, которой я пользовалась, с трещиной, а у меня нашли оттиск другой, которой листы не скреплялись.

Остожин смотрел на меня не мигая.

— Тот, кто подложил воск, — продолжала я, — не знал, какой печатью скреплены листы. Он сделал оттиск с настоящей, новой печати Академии и решил, что этого довольно, а про трещину не подумал, потому что листов, может быть, даже не видел.

— Или видел, да не присмотрелся, — тихо сказал Остожин.

— Или так. В любом случае тот, кто продавал листы, и тот, кто подложил мне воск, — разные люди. Один торговал ответами, и у него была старая печать. Другой воспользовался скандалом, чтобы обвинить меня, а старой печати у него не было, и о том, что она есть, он даже не знал.

— Кукшин и Ветлугин, — сказал Остожин.

— Этого я не говорила, — заметила я. — Я говорю, что есть два человека: один, скорее всего, имел доступ к старой печати, другой досматривал мой сундук без послухов. Кто они, нужно доказать.

Остожин медленно покачал головой.

— Ты говоришь, как старый дьяк Судного приказа. Знаешь, сколько лет я не слышал, чтобы кто-то так говорил? «Нужно доказать». Здесь никто не доказывает, Вешнякова, здесь ставят на камень.

назадназад
1 ... 69 70 71 72 73 ... 117
впередвперед