— Потом, — махнул он мне рукой.
Потом так потом. Едем к Александру Ивановичу Ниве, который до вечера обещал находиться у себя в конторе.
— Отчего не взять? На станок не поставлю, там знания особые нужны… начнёшь с подсобного рабочего камнереза. Оклад — сто пятьдесят. Если нареканий не будет, то такая же премия, — предложил кооператор.
— А жильё? — спросил не самым довольным голосом будущий камнерез.
— Общежитие есть…
Видя, что дело на мази, иду по своим делам. Немного запаздываю и получаю выговор от дедушки, который уже сидит у меня в машине на заднем сиденье. Причем был он не один, а с девахой, возможно, внучкой, той самой, которой перепал кэш от дедова мастерства.
— Сказал, через час, так держи слово! — выговаривает он мне. — Да куда ты? Спереди садись!
— Дед, ты поделки-то принёс? — не выдержал я.
— А то! На, смотри!
И мне протянули самодельную тряпичную сумку, довольно тяжёлую.
— Денег больше не надо, и так лишку дал, — категорично добавил старик.
Девушка в салоне помалкивала, но по гримаске на миловидном личике я понял, что та в корне не согласна с дедом насчёт денег.
— Внучка моя, — неохотно представил незнакомку дед, пока я потрошил сумку. — Ларисонька.
В сумке находились всего три фигурки каменных идолов, но высокие и довольно увесистые. Один из них зеленоватый, второй иссиня-черный, третий белый. Материал, из которого они изготовлены, мне незнаком. Пожалуй, белый — это мрамор. Но какая же искусная работа! Тот, что зеленый, вроде как даже светится изнутри. Или это в лучах заходящего солнца так кажется? Зима… Пока то да сё, уже стемнело.
Ехать до Аскиза нам недалеко, но путь предстоял через перевал Аян. Хорошо, хоть дорога — гравийка, обеспечивающая неплохое сцепление. Общение с самого начала не заладилось. Молчим. Я любуюсь божками (а это божки, видно по всему!), дед дремлет, девица смотрит в окно. Едем не торопясь, забираясь всё выше и выше в горы. Вдруг мой водила Саныч резко тормозит и открывает дверь автомобиля, вглядываясь в сумерки.
— Там машина на боку, — бросает он мне, натягивая шапку и выскакивая из салона.
Машина лежит недалеко от дороги, но направлялась она в другую сторону, а значит, нам нужно перебежать дорожное полотно, ну и немного пройти по хрустящему снежному сугробу, где снега всего-то по колено. За то время, что мы это делали, ситуация прояснилась — около высокого хвойного леса действительно валяется на боку «Москвич», рядом с которым суетится мужик, что-то выискивая в салоне авто. А… это он девочку лет десяти пытается вытащить, которая не кричит, лишь стонет тихонько. Не иначе, сломала себе что-нибудь. Машина, кстати, пострадала несильно, даже стёкла не разбились, но кузовные работы проводить придется.