Но второй вопрос был тоже скользкий, и задал его уже знакомый мне подвыпивший татуированный любитель сидеть на столах:
— Я тут откинулся недавно…, — начал издалека он.
— Ага, недавно. Месяца три уже прошло, — пошутил кто-то из зала.
— Цыц, Костян, — с упреком возразил вопрошающий и продолжил: — А на работу устроиться не могу — не берут!
— Так ты только бабкину пенсию пропивать умеешь! — это обвинение было сделано женским голосом, и я понял, что парня в поселке хорошо знают. — Да ещё дерешься!
— Вообще, я всем говорил уже, что с конкретными проблемами можно приходить в мои приёмные, но раз уж я тут, то давай разберемся. Что делать можешь? Ну, кроме как пить и драться, это многие умеют, — задумчиво оглядел я свой кулак, намекая, что лучше тут не скандалить.
— Имею право! Да и не бью я никого первым! Твой вон первый ко мне подошёл, за грудки схватил! А я что? Если драки не миновать, нужно бить первым! — возмущенно оправдывается безработный.
— А как понять, что драка неизбежна? Да просто! Если ударил первым, то она точно будет! — пошутил я и, дождавшись, когда смех в зале стихнет, продолжил: — Так вот, безработных у нас в СССР нет. И я вам, молодой человек, для начала советую сходить на приём в местный исполком, например. Подозреваю, вы не комсомолец? А то можно было бы и в ВЛКСМ обратиться.
— Был я там! Хожу, ищу. Везде требуются, а как узнают, что пятеру отмотал, брать не хотят, — пробурчал парень, видно, поняв, что я ему ничем не помогу.
А вот и зря!
— После собрания подойди, решим твою проблему, — пообещал я.
Дальше вопросы пошли не личные, но острее они от этого быть не перестали. Почему так плохо с продуктами? Где взять мало-мальски приличную одежду и обувь? Когда займутся облагораживанием местного кладбища? И так далее. Философских вопросов, вроде: каков дальнейший курс партии, мои политические убеждения, никто не задавал. Вообще, я местным людям был интересен только как источник возможных благ или, на худой конец, жилетка для жалоб. Никому мой богатый внутренний мир не важен. Правда одна пигалица с фигульками вместо титек, все же поинтересовалась, есть ли у меня девушка. Внимательно оглядев излишне оптимистично настроенную по отношению к себе девушку, я соврал, что есть. А последний вопрос меня убил наповал:
— Толя! Ничего, что я к вам так обратилась? Вы мне во внуки годитесь, — сказала, встав во весь рост, высокая, миловидная и стройная женщина, ну, лет, от силы, сорока, не больше!
— Максимум, за старшую сестру сойдете, — тут же кобель внутри меня вернул комплимент, вызвав оживление в зале. — Я вас перебил, извините!