— Возможно, — кивнул Марат. — Судя по их действиям. Но это не отменяет всего остального. Они перешли границу. За это должна быть ответственность.

— У нас есть какой-то план на такой случай? — спросил я.

Раньше я никогда не влезал в политические дела. Так, иногда высказывал свои соображения на региональных собраниях, причём не только в Москве. У нас ведь нет жёсткой структуры; мы путешественники, и собрания формируются не по какой-то приписке, а просто по факту пребывания ценителя на территории. Основная функция собраний — это улаживание торговых споров, связи с посвящёнными, включая установление самих правил посвящения, ну и, насколько это возможно, взаимодействие с официальными органами власти. До этого дня я никогда не интересовался, есть ли у нас какой-то план войны на случай чрезвычайных обстоятельств.

— Конечно, — кивнул Марат.

— И… что будет? — рискнул спросить я.

— Плохо будет, — вздохнул он. — Мы в конфликте с государственной системой. Не с отдельным человеком. Он слишком высоко стоит. Государство уже вовлечено, по-полной. Так что…

— Люди пострадают, — сказал я утвердительным тоном.

— Конечно, — вздохнул Марат. — Без потрясений не обойдётся. Соседние страны тоже заденет, но не так сильно.

Я вздохнул и прикрыл глаза.

— Давайте… иначе попробуем, — сказал я.

— Как? — Марат посмотрел на меня с искренним интересом.

— Я пойду один. Сделаю вид, что согласился с их требованиями, — ответил я.

— Но они ведь именно этого и ждут, — вмешался Костя. — Что вы придёте на место и попробуете решить вопрос силой, с помощью вещей. И готовятся к этому.

— Скорее всего, так и есть, — кивнул Марат. — В последнее время был повышенный спрос на защитные и охранные вещи среди посвящённых. Я ещё думал, что это связано с общей нестабильностью в мире, но видите оно как…

— Они готовились, — добавил Костя. — Заранее знали, что такое возможно. Очень опасная ситуация.

— Мне кажется, они всё ещё пытаются избежать войны, — сказал я. — Пытались на гордость давить. На уверенность в себе.

— Да, согласен, — кивнул Марат. — Они засунули свой нос в наши дела. Но недостаточно глубоко, чтобы почувствовать, чем это пахнет.

Костя улыбнулся.

— Но и к войне они, получается, тоже готовятся, так? — спросил я.

— Насколько это возможно, наверное, — Марат пожал плечами.

— Они надеются на лучшее, но готовятся к худшему. Думают, что просчитали все варианты, — продолжал я. — Получается, нашим единственным козырем может быть неожиданность. Какая-нибудь малоизвестная вещь. Которую совсем не знают за пределами мира ценителей. Как считаете?