Сам же устроился на диванчике напротив. Там же разместился Костя.

— Как добрались? — участливо спросил Марат.

— Спасибо, без приключений, — ответил я.

— Рад это слышать, — сказал он. — Мы волновались. Позавчера со мной связался Филипп. Он предупредил, что, возможно, вы приедете.

У меня аж сердце подпрыгнуло.

— Филипп Петрович? — зачем-то уточнил я.

— Он самый, — улыбнулся Марат.

— Когда это было? Во сколько? Вспомните, пожалуйста, это очень важно!

— В районе семи утра… — ответил он. — Получается, около пяти по вашему времени.

Я сглотнул. Во сколько я приехал на Патрики? Я ведь даже на часы не смотрел… помню только, что уже светало.

— Он сказал, что не может с вами связаться. И просил передать вам, чтобы вы не предпринимали ничего до тех пор, пока он не выйдет на связь, — продолжал Марат.

— А он сказал, что свяжется? Когда? — спросил я.

— Он не уточнял, — Марат пожал плечами. — Разговор вышел очень коротким, к тому же, было шумно.

— Ясно, — кивнул я.

— Герман, — продолжал он после небольшой паузы. — Мы, конечно, дадим убежище в любом случае. Но будем признательны, если вы поделитесь информацией о том, что происходит. Мы должны оценивать степень опасности и принимать меры на случай, если нас это тоже коснётся.

— Да, — кивнул я. — Да, конечно.

У меня не было ни малейших оснований что-то от них утаивать, не считая пустых угроз Викиных похитителей. Если, конечно, её на самом деле похитили. Мне не хотелось так думать, но всегда нужно рассматривать любые возможности и учитывать их.

Я коротко пересказал случившееся за последние несколько дней, не утаивая деталей. Марат и Костя слушали внимательно, не перебивая. Только хмурились, когда я говорил о разгромленных складах.

Когда я закончил, в помещении повисла мёртвая тишина. Слушая собственное дыхание, я вдруг понял, что на вилле исключительно хорошая звукоизоляция.

— Это… война, — первым заговорил Марат. — Такое оставить невозможно. Нужно предупредить всех, кто сейчас на территории России. Нужна срочная эвакуация и глобальное собрание.

— Подождите, — сказал я. — Дед… Филипп Петрович, думаю, не просто так просил меня подождать. Как считаете?

Марат внимательно посмотрел на меня, но ничего не ответил.

— Я согласен, повод для войны есть, — продолжал я.

— Два повода, — добавил Костя. — Даже три, если с Филиппом Петровичем что-то случилось.

— Вы хотите попытаться спасти свою сестру? — спросил Марат. — Но вы же понимаете, что любое действие в этом направлении будет следованием их сценарию?

— Да, — кивнул я. — Понимаю. Как понимаю и то, что они не представляют, с чем на самом деле столкнулись.