После этого грустного рассказа какое-то время за столом было тихо. Наконец, сам хозяин поднялся с места. В руке он держал хрустальный кубок, полный вина.

— Среди мастеров бывают злые люди и предатели. Люди есть люди. Но даже они способны создать нечто настоящее, это в природе человека, — сказал он на английском скрипучим голосом. — Однако у нас, ценителей, нет и не может быть подобного оправдания. За настоящую дружбу, друзья!

И мы выпили за дружбу.

Когда очередь дошла до меня, я поделился историей своего знакомства с дедушкой. Слушая, Хаким широко улыбался, и после предложил ещё один тост — за меня и за будущее. Присутствующие его охотно поддержали.

Эта волшебная ночь всё продолжалась и продолжалась. Удивительное вино лилось рекой, но не пьянило. Не было усталости, и совершенно не хотелось спать.

В какой-то момент я даже решил, что время окончательно остановилось, и застолье с воспоминаниями и тостами будет продолжаться вечно. Не могу сказать, чтобы это меня расстроило: в этом прекрасном настоящем доме было по-настоящему хорошо.

Однако же именно тогда дедушка, улучив момент, отвёл меня в сторону и тихо шепнул на ухо: «Пора».

Я хотел было вернуться в большой зал, чтобы попрощаться с хозяином и остальными, но дедушка остановил меня. «Прощаться не принято», — пояснил он.

В ответ я кивнул.

Мы вышли из дома и снова оказались на узкой тропинке, ведущей вдоль берега. Я шёл первым, дедушка за мной. Перед ближайшим утёсом я хотел оглянуться, чтобы ещё раз посмотреть на удивительный дом, но дедушка остановил меня.

— Внимательнее под ноги! — сказал он. — Сумерки скрадывают расстояние.

— Хорошо… — кивнул я. После чего рискнул спросить: — Как часто такие собрания организуют? Мне очень понравилось. Я бы хотел сюда вернуться! Дом просто отличный.

Дедушка промолчал. Я продолжал шагать автоматически какое-то время, потом всё-таки остановился и оглянулся.

В свете зарождающейся зари на глазах дедушки блестели слёзы, которые тот даже не пытался прятать.

Некоторое время я растерянно смотрел на него.

— Мы больше никогда не сможем найти туда дорогу, Гера… — тихо сказал он. — Теперь и ты знаешь: вот так мы уходим из этого мира. Навсегда.

Помню, по дороге он говорил что-то ещё. Про естественный ход вещей, про порядок… немного про то, чтобы я был готов к тому, что когда-то придёт и его время найти свой настоящий дом. Я же едва понимал смысл сказанного. Больше всего меня занимала мысль, что однажды от меня совсем-совсем ничего не останется. Даже могильного камня.

Я думал о той ночи с момента, как узнал о том, что отец мёртв. И в конце концов принял решение навестить его могилу.