Я был уверен: Арнтор что-то чувствует к Александре. Однозначно. Но он боится. Боится узнать правду и потом расстаться, если истинность не подтвердится и всё пойдет не так, как он хочет.
Пауза затянулась, и я ляпнул, не подумав:
— Если он против… давай со мной проверишь?
— Эй!
Я едва успел перехватить кулак, летевший мне в челюсть.
— Драться-то зачем? — фыркнул я. — Я тебя тут подбадриваю, успокаиваю.
И предлагаю то, чего хотел бы на самом деле. Но тебе об этом знать не обязательно.
— Ну ты и болван напыщенный. Ящер, — фыркнула Снежинка… и улыбнулась.
Вот так уже лучше. Лучше, чем её слёзы.
Я сел рядом и начал — ненавижу себя за это — защищать драконов. Говорить о традициях, страхах, о том, почему Кейл может тянуть с решением. Александра постепенно успокаивалась, слушая меня, и в какой-то момент прислонилась к моему плечу.
Уснула.
Я попытался уложить её на кровать, но тонкие пальцы сомкнулись на моём запястье, и сонный голос прозвучал почти музыкой:
— Не уходи…
Я замер, глядя на её лицо. В лунном свете оно казалось будто высеченным лучшим столичным скульптором.
— Побудь ещё рядом… и расскажи про ваши традиции.
— Тебе как в книжках пишут или тайны, передающиеся от отца к сыну? — снова попытался отшутиться я, потому что мысли уже вели меня не туда.
Я сел рядом, ожидая ответа, но, повернув голову, понял: её лицо было в каких-то сантиметрах от моего. В глазах горела решимость, смешанная с лёгкой пеленой безрассудства. Руки легли мне на плечи.
— Снежинка… не делай того, о чём пожалеешь, — едва выговорил я.
Она колебалась — секунду, может, две. Но было уже поздно.
Не для неё.
Для меня.
Её близость. Аромат. Горящие странным огнём глаза, в которых мерцала магия. Губы, слегка опухшие от нервных покусываний.
— … потому что за тебя это сделаю я.
Я подался вперёд и поцеловал её. Сделал то, о чём мечтал слишком долго. Потому что в этот миг казалось — она принадлежит только мне.
Только моя.
Кейл Арнтор
Когда друзья разошлись, мы остались наедине.
Комната вдруг показалась слишком тихой — будто сама академия затаила дыхание. Я притянул Александру ближе и поцеловал на прощание. Привычно. Нежно. Так, как делал это много раз.
Но в этот раз она отстранилась.
Не резко — осторожно, словно боялась спугнуть что-то важное. Посмотрела на меня странно. Не требовательно, не обиженно — будто искала в моих глазах ответ на ещё не заданный вопрос.
— Завтра бал, — произнесла она наконец.
Я улыбнулся, не задумываясь.
— Я знаю. И надеюсь, ты пойдёшь туда как моя пара.
Она тоже чуть улыбнулась, но взгляд не стал теплее. Скорее… задумчивее.