— Э-э…
— Вот тебе и «э», — с горечью в голосе констатировал полковник, и мы помчались наверх.
У входа на капитанский мостик нас встретил Лебедев.
— Васин, — сквозь зубы прошипел он.
— Не волнуйтесь. Не подведу, — ободрил его я.
— Прошу тебя — без самодеятельности! Никакой конкретики! Всё отрицай!
— Помню! Знаю! Сделаю! — сказал я, открыл дверь и, попросив разрешения капитана подняться на капитанский мостик, таки вошёл в святая святых корабля.
Снял трубку и сразу же протараторил:
— Алло! Марта⁈ Тут связь плохая. Так что ты не волнуйся! Песни я тебе напишу новые! Прямо на днях и напишу. Как будет возможность, мистер Тейлор тебе их сразу же привезёт. Так что считай этот вопрос закрытым. Пока займись здоровьем! Поняла? Хорошо! Так что давай, до свидания! Созвонимся!
На том конце провода попытались что-то ответить, но я не дал этого сделать, а сразу же дал отбой связи, повесив трубку. После чего задумчиво уставился на телефон, ибо до мозга дошло то, что я услышал в последние мгновения.
— Васин. Ты чего? — не понял моего ступора Кравцов.
Я обернулся и растерянно посмотрел на Лебедева.
Тот понял, что что-то пошло не так, и сухо приказал:
— Доложи.
— Да, собственно, докладывать-то нечего. Там, собеседником моим вроде бы не Марта была.
— А кто? С чего ты взял?
— А с того, что когда я вешал трубку, то услышал фразу, которую сказал кто-то другой.
— Кто? Что сказал? Чего ты мнёшься⁈ Говори уже! Что сказали на том конце провода?
И я процитировал:
— Алло! Это не Марта. Это её папа…
И на капитанском мостике мгновенно повисла мёртвая тишина.
Я покосился на висящий на стене телефон, а затем вновь перевёл взгляд на Лебедева, который встревожено тоже смотрел на телефонный аппарат.
К счастью, тот молчал.
— Ух-х… Ладно, — наконец взял себя в руки Лебедев. — Ты всё нормально сказал. В этом плане не подвёл, — и обратился ко всем: — Товарищи, нам необходимо срочно провести совещание. Приглашаю всех немедленно пройти за мной.
Через пять минут мы сидели за овальным столом в каюте мидовца.
— Всё! Никаких разговоров с немцами пока не получим инструкции из Москвы! — взял слово хозяин апартаментов и по совместительству начальник нашей экспедиции. — Никаких! — Посмотрел на капитана и спросил: — Связь с Москвой есть?
— Нет, — отрицательно покачал головой тот.
В помещении нас было пятеро: капитан корабля, Кравцов, Лебедев, Минаев и я. Все были сосредоточенны и внимали начальству.
— Это нонсенс! — недовольно выкрикнуло это самое начальство в лице Лебедева. — Советский корабль не может связаться с Родиной, а с немцами — запросто. Что это? Саботаж⁈