Как и ожидалось голосование прошло успешно — все присутствующие проголосовали категорически «ЗА». В их числе был и Андропов, которому, вероятно, было очень жаль, что отныне он не сможет читать еженедельные отчеты, составленные по результату прослушивания находившихся сейчас в кабинете товарищей.
После подведения итогов голосования, по предварительно заготовленному Андроповым сценарию, слово взял товарищ Секретарь ЦК КПСС Михаил Андреевич Суслов.
— Товарищи…
Как и ожидалось, речь пошла о провалах КГБ. Юрий Владимирович прекрасно понимал, что так или иначе эта тема непременно будет затронута. А раз неудобной дискуссии избежать было невозможно, её нужно было направить и всё время держать в выгодном русле. Вот Михаил Андреевич и задал тон следующему, стоящему на повестке дня, вопросу. Он произнёс свою речь так, что часть обвинений ложилась на плечи предыдущего руководства КГБ.
Однако всё списать на Шелепена было не возможно, ибо часть сотрудников проверяли-перепроверяли уже при вступлении в должность Андропова. Поэтому Михаил Андреевич решил размыть неудачу, переложив часть ответственности на товарища Пельше, который руководил Комитетом партийного контроля. Так или иначе, Арвид Янович тоже должен был понести ответственность за провалы КГБ, ведь именно его ведомство курировало работу главной службы безопасности страны. Так что он стойко принял критику, тем более что об этой предстоящей критике он был предупреждён заранее и даже помогал Суслову составлять план по уменьшению ответственности и смягчению удара.
Всё шло по плану. Пельше и Андропов согласились с выдвинутыми обвинениями и дали обещание не только всё исправить в кратчайший срок, найдя виновных, но и повысить бдительность до самых высоких пределов.
После таких грозных слов, и не менее грозных обещаний, даже самый несведущий в делах мог бы понять, что КГБ ждёт большая чистка рядов.
Такая постановка вопроса всех устроила. Члены Политбюро единодушно выразили поддержку предстоящим переменам и надежду, что больше такого не повторится.
— И я ещё хочу добавить, гхм, раз мы разобрались, гхм, по Цвигуну, — решил закончить тему Брежнев. — Семён Кузьмич ответственный работник и преданный член партии, гхм. Так что пусть даст показания, гхм, и ты Юра сделай ему строгий выговор, гхм. Чтобы в дальнейшем, гхм, он такие ошибки не допускал. Мало ли, что за приказы давали прошлые руководители нашей страны. Он на своём посту не новичок и должен был сразу же понять обстановку. После чего доложить, гхм. А он не доложил, гхм. Так что в следующий раз, гхм, пусть головой думает, гхм. Или следующего раза для него вовсе не будет. Больше, гхм, мы таких ошибок простить не сможем.