— Так мы же ещё даже точно не знаем — отец ли Васин или нет⁈ — напомнил Председатель Совета министров. — Рано нам, наверное, о женитьбе говорить.
— Вот именно! — согласился с ним Министр обороны.
— Товарищ Косыгин, товарищ Устинов, товарищи, отец ли Васин или нет, я думаю это в данный момент абсолютно не важно, — отмахнулся Председатель КГБ СССР.
— Как это — не важно? Важно!
— Нет!
— Почему? — ещё больше удивился Устинов.
— А потому, что, на мой взгляд, важен не сам факт отцовства, а ответ на вопрос: хотим ли мы женить Васина или нет? Выгоден ли нашему государству, такой союз двух любящих сердец или не выгоден? И если мы, товарищи, говорим что — да, это нам выгодно, то и говорить больше не о чем. Женим Васина, и вся любовь.
— Э-э, гхм, — произнёс Генсек в повисшей тишине. — Какие ещё будут мнения?
Все присутствующие, на заседании услышав такой откровенный цинизм, даже опешили на пару секунд, не зная, что на это возразить.
Быстрее всех пришёл в себя Михаил Андреевич Суслов, который решил высказаться, но не по поводу возможной фальсификации результатов медкомиссии, а совсем про другое.
— В шестнадцать лет? Женить? Я же говорю — это плохой пример для подрастающего поколения! Ненужный пример! — нахмурился Суслов, не ожидавший такого подвоха от своего союзника, с которым они всегда находили общий язык.
— Ну, так мы сделаем, так что Васину, будет не шестнадцать, — улыбнулся Андропов.
Все присутствующие удивлённо посмотрели на него, не понимая, куда тот клонит.
— То есть как? — наконец задал интересующий всех вопрос Косыгин.
— Очень легко. Мы изменим все метрики и все данные, в которых упоминается певец и выдадим тому новый паспорт, в котором чёрным по белому будет написано, что гражданину Союза Советских Социалистических Республик Александру Сергеевичу Васину 18 лет. И никто никогда не докажет ничего другого!
Куба. Гавана
Саша
И вот, наконец, настал тот час, когда наш многострадальный четырёхпалубный лайнер, в простонародье — пароход, «Михаил Калинин» пришвартовался в порту города Гавана. Спустились по трапу на пирс и глубоко вздохнули. Наконец мы прибыли туда, куда не рассчитывали попасть никогда.
К нам подбежали два каких-то мужика и на русском языке стали нас в прямом смысле слова — строить в ряды. Через десять минут суеты наш дружный коллектив был разбит на группы и выстроен в две длинных шеренги.
Левее всех стояло начальство — наши сопровождающие и примкнувший к ним капитан. Рядом с ними плечом к плечу присоседилась американская делегация во главе с помощником посла. Далее смыкали стройные ряды элитники, за ними актёры первого плана. После них, выпятив грудь, вперёд была построена наша съёмочная группа. Затем отдыхающие.