Припозднившейся к началу обряда отпевания Лене пробиться внутрь церкви помог ее маленький бородатый спутник. Гномье колдовство позволило им сперва, не замедляя шага, идти сквозь плотное людское кольцо (горожане по непонятной им самим причине расступались перед хрупкой девушкой в сопровождении бородатого карлика), а затем, когда добрались до полицейского кордона, бдительные стражи входа в храм вдруг все разом от них отвернулись, и никем не остановленная девушка беспрепятственно нырнула следом за низкорослым спутником в предупредительно приоткрытую последним дверь.

Внутри снова преградившая было им путь плотная толпа родственников, по мановению руки маленького бородача, безропотно раздалась в стороны, и Лена легко прошмыгнула в открывшийся проход…

И вот, она стояла и смотрела на такие живые улыбающиеся кукольные маски-лица своих мертвых друзей и подруг. В руках у нее медленно плавилась тоненькая парафиновая свечка (уже горящей безо всякого колдовства позаимствованная у кого-то из родственников ушлым гномом по дороге к месту в центральном круге), насаженная на неказистый клочок газеты, оберегающий руки от расплавленных капель парафина. Четкая картинка перед глазами девушки вскоре размывается и плывет, из-за хлынувших непрерывным потоком слез, губы начинают содрогаться в беззвучном рыдании, а изо рта невольно вырываются отчаянные всхлипывания… И чуть позже сквозь размеренный монотонный бас читающего молитвы попа и благозвучное пение вступающего в нужные моменты хора певчих, в затуманенное болью безвозвратной потери близких людей сознание Лены неведомо каким чудом просачивается едва слышный шепоток гнома Стумли:

— Возьми себя в руки. Своей истерикой, ты слишком привлекаешь внимание. Не забывай, мы здесь инкогнито. А в твою сторону уже многие начинают коситься. Пока что мне удается отводить глаза самым любопытным, но их становится все больше. У меня уже голова раскалывается от отката. Если немедленно не возьмешь себя в руки, нам придется отсюда уйти.

— Я… я… не ожидала… что… что будет так тяжело, — кое-как, сквозь всхлипывания, едва слышно шепчет в ответ девушка.

— Ты забыла, что я тебе говорил! — вместо сочувствия строго шипит на спутницу гном. — Все на самом деле совсем не так, как выглядит. Поверь мне, очень скоро ты будешь смеяться над этими слезами. А сейчас, прошу, постарайся быстро отвлечься от грустных мыслей. Давай, девочка, сделай глубокий вздох и медленный выдох, как я тебя учил.

Лена привычно подчиняется своему наставнику — еще вчера бывшему совершенно незнакомым ей существом, теперь же, за прошедшие с момента знакомства сутки, ставшего роднее родителей.