Новый удар по невидимой из-за шторки двери заставил девушку вздрогнуть и испуганно заозираться по сторонам. Взор невольно остановился на запотевшем зеркале. С заклинившей было поначалу памяти тут же слетела пелена забывчивости, Лена вспомнила напугавшую ее надпись — но теперь побелевшая от мелких бисеринок влаги зеркальная поверхность была девственно чистой, словно никакой надписи на ней никогда не было даже в помине.

Новый удар в дверь вывел девушку из задумчивого созерцания.

— У меня все в порядке, — крикнула она беснующимся в коридоре родителям. — Прекратите ломать дверь.

— Доченька, что случилось⁈ — отозвался из-за двери отец.

— Поскользнулась и упала, — соврала Лена. — Не беспокойтесь, обошлось без травм. Сейчас смою мыло и выйду.

Отец вновь что-то заголосил в ответ, но Лена пустила душ и отсекла его взволнованный голос.

После инцидента со зловещей надписью она больше не решалась пялиться по сторонам. Отвернувшись от опасного зеркала, девушка скромно потупила взор и, старательно рассматривая ноги, шагнула под теплые струи душа. Но даже спиной к зеркалу Лене было не по себе, хотелось поскорее удрать из этого постылого замкнутого пространства, обожаемый ею с детства шум падающей воды сейчас не успокаивал, а раздражал.

Наскоро ополоснувшись, девушка уже окончательно перекрыла воду, откинула шторку, подцепила с висящего на стене возле ванны крючка заранее подготовленное полотенце, быстренько промокнула им тело и обвязала вокруг волос на голове на манер восточного тюрбана. Все это она проделала, разумеется, находясь спиной к зеркалу и таращась себе под ноги. Но дальше нужно было перебираться из ванны на пол, при этом желательно было сразу же попасть в выставленные у бортика ванны тапочки, иначе существовал немалый риск поскользнуться на гладкой плитке и наделать ссадин и синяков о многочисленные выпирающие здесь и там углы, превратив недавнюю выдумку о падении в болезненный факт. Невольно пришлось развернуться и сместить взор на бортик ванной, выбирая привычную точку опоры для правой руки. Сместив на нее часть веса, девушка аккуратно опустила в тапочку сперва правую, а потом и левую ноги. И распрямившись, не удержалась и покосилась на свое отражение в мутном, запотевшем зеркале. Никакой надписи на нем у нее на глазах, к счастью, по новой не проступило. А за мутным белесым маревом испарины ей удалось разглядеть привычные точеные формы изящной девичьей фигурки.

Накинув на плечи толстый махровый халат и затянув поясок, девушка отщелкнула язычок дверного замка, легко повернула вниз так и не покорившуюся отцу ручку, распахнула дверь и шагнула из влажной ванной в чуть прохладный, после купания, коридор.