Мы шагали по прошлогодней траве, сбивая с неё обильную росу. С утра прохладно, но погода скорее всего разыграется — солнышко и чистое небо.
— Справа, видишь? — Андреев мотнул головой на те самые руины, о которых я только что думал. — Контролируй.
— Есть, смотрю… Пока тихо.
А поджилки-то трясутся, как говорят те, кто постарше… Всё же ехать в машине спокойнее — и от окружающего мира хоть жестянкой корпуса, но отгорожен, ну и скорость, опять же.
Но машину нам никто не даст, так что какой толк мечтать.
Башню миновали. Слева изредка попадались заросшие домики с провалившимися крышами — чудом сохранившаяся ржавая табличка на одном из них поведала, что эта улица именуется Вокзальной. Забавное совпадение… откуда тут вокзал? Может, был когда-то.
Дорога становилась всё хуже и хуже — она уже еле угадывалась в прошлогодней траве. Наверное, по ней и в лучшие времена не сильно ездили.
— Давай-ка перебираться на рельсы, — решил Андреев. — Оттуда и обзор будет лучше…
Он первым перемахнул через канаву с застоявшейся водой и поднялся по некрутой насыпи, заросшей не меньше, чем дорога. Осмотрелся, махнул рукой:
— Давай, вроде тихо…
Я вскарабкался за ним, едва не свалившись в канаву — всё же физическая форма у Лёхи отличная, даром что ему за сорок. Осмотрелся — ну да, обзор отсюда отличный, ржавые рельсы уходят вдаль, плавно идя в поворот. Травы не так много — тут она, похоже, и не растёт толком.
— Тут всё промаслено, потому и растительности меньше, — пояснил Андреев, видимо, заметив, как я смотрю под ноги. — Когда поезда ходили, и масло капало, и соляра…
— А вы откуда знаете? Вспомнили? — удивился я.
Сон. Железная дорога. Тот, Женька, называл себя железнодорожником. Его работа была связана вот с этими старыми рельсами? Может быть.
— Откуда-то помню, — пожал плечами Лёха. — Надеюсь, что в Северных Воротах вспомню… ещё что-нибудь.
Ну да, ради этого и идём…
Мы зашагали дальше — тут идти было легче.
Что я, вот лично я рассчитываю найти в этих Северных Воротах? Ну, допустим, Андреев попадёт в знакомую обстановку и что-то вспомнит… А если — нет? Если мои расчёты неверны?
Ну, в общем-то, я ничего не теряю. Не вспомнит — вернёмся. Вроде тихо… Хотя — когда на нас в садоводствах напали болотники, тоже было тихо. Но ничего, второй раз в ту же ловушку я не попадусь — теперь, когда знаю, что так может быть, стану в разы внимательнее…
Брось, Матвеев. Ты прекрасно знаешь, что рассчитываешь там найти.
Зеркало. То самое зеркало, сквозь которое Андреев попал в наш мир. Откуда попал — вопрос второй, но уверен — пришёл он сюда именно «зеркальным» путём. Неприязнь его к зеркалам, скорее всего, связана в том числе и с этим.