Через пять минут мы с Рыжей уже сидели в обнимку на жёсткой лавке у стены, а эти двое увлечённо выкрикивали свою тарабарщину в несколько микрофонов каждый.

— Даю отсчёт: минус 600 секунд! — произнёс чей-то бесстрастный голос с оттенком металла.

— Алекс, Лина, десять минут, приготовиться! — перевёл Лёха.

Я только вздохнул. Чего нам готовиться-то? Готовы уже. Скорей бы…

— Есть контакт с поверхностью! — доложился по громкой связи Даниил, Ивлевский помогайка. Ну и наш тоже. — Объект приземлился в заданном районе! Военные спрашивают, на каком расстоянии можно безопасно выставлять оцепление.

— На любом, — махнул рукой Либанов, как будто Даня, сидящий сейчас где-то в одном из неофициальных генеральских офисов в Москве, мог его видеть. — Там ничего опасного уже нет, всё, что могло взорваться — уже взорвалось. Ну пусть метров на сто оттянутся, вдруг аккумулятор какой уцелел… Но это мало вероятно, конечно. У тебя с ними прямая линия же? Сильно там жахнуло?

— Да не то слово! — ха! Не одних нас тут трясёт, Даня тоже на нерве, обычно-то из него слова не вытянешь. Лишнего. — Ты не поверишь, там такие загибы — я ни одного выражения не знаю!

— Ну так записал бы, — вмешался Алексей.

— А я и записал, не сомневайся, — хохотнул Даниил. — Привезу вам послушать. Когда ваш старший обещанную поляну выставит!

— Да мы готовы, хоть сегодня, — подал голос я поверх плеча Рыжей, и ойкнул, почувствовав её острый кулачок под рёбрами.

— Я тебе дам — «сегодня»! Через неделю, не раньше!

— Да я ж фигурально, — заоправдывался я, но она меня, похоже, слушать и не собиралась.

— Вот так мы и теряем лучших людей, — фальшиво охнул Лёха, но на этот раз кулак ему показал уже Либанов.

— Ну-ка, подвинься, — это что, Ивлев к Даниилу приехал? — Андрей, можешь картинку на экран вывести? Чтоб вам всем видно было?

Либанов молча кивнул, что-то переключил, на самом верхнем мониторе появился генерал. Официальный до скрежета зубовного, в мундире. Бюстом.

— Товарищи! От лица Правительства поздравляю вас с успешным завершением проекта! — и тут же, почти без паузы, но с кардинальной переменой в интонации: — Теперь вы научились сами вытирать себе задницу!

Либанов обернулся и растерянно посмотрел на меня. А что я? Я несколько раз перевёл взгляд с грозно насупленного генерала на ошарашенные лица учёных, и так меня этим контрастом прибило, что я совершенно неприлично заржал. Секундой позже ко мне неожиданно присоединился Ивлев, ну а после мы укатывались уже полным составом.

Какая-то из раций крякнула голосом Одинцева:

— Ну и чего вы там молчите?