— Ну почему не видели? Видели, — пожал плечами я. — В Штатах, на север от Нью-Йорка, в горах. Вообще-то, считается, что самые красивые клёны — там!

А сам аж вздрогнул, как вспомнил — не только клёны там встречаются, не только…

— Да ну что вы, Алекс, что вы! Самые красивые — у нас! — и тут же голос ощутимо прибавляет веса: — К тому же, где теперь вы — и где Штаты… — и совсем уж свинцовой чушкой, в сторону: — Ну что, капитан, долго нам ждать ещё⁈

Молодой-румяный подскакивает чёртиком:

— Никак нет, всё готово! Перебивать не хотели! — и, после вялого жеста старшего, заливается соловьём: — Никакого умысла не обнаружено! Исключительно хулиганские побуждения!

— Уверен? Хорошо спрашивали?

— Так точно! даже… — замялся, но после очередного адмиральского жеста продолжил тем же бодрым тоном: — Даже с химией двоих допросили — нет указаний на неслучайность! Просто совпадение!

Адмирал повернулся к нам, тон опять отеческий:

— Вот видите — случайность. Несчастный случай. Но мы всё равно примем меры! Своими, так сказать, силами… Нечего всякой шантрапе позорить, понимаешь, светлый лик города воинской славы! Или у вас есть свои соображения?

Рыжая внезапно встрепенулась.

— Руки-ноги переломать и выкинуть!

И сидит с категорически бескомпромиссным лицом. Ничего себе. Я и не думал, что она может быть такой… безжалостной. А вот военные, что интересно, ничуть не удивлены!

— В Бухту?

Я посмотрел на румяного непонимающе.

— Выкинуть — в бухту? — деловито уточнил капитан. — Или просто в сугроб достаточно?

Господи, он это что — серьёзно⁈ Лина-то, похоже, реально не шутит. Знали бы эти гопнички, до чего тут у нас дело дошло…

— Нет, конечно, ну какая бухта? Девушка шутит. И руки-ноги ломать тоже не дело. Что за жестокости у вас тут на уме?

— Это не у нас, — мигом отмазался капитан, а адмирал довольно хмыкнул. — Ваша же девушка — простите, не знаю имени — предложила. Мы всего лишь исполняем пожелания дорогих гостей. Невзирая на сложности и препятствия.

— Короче, неважно, кто предложил, — подвёл черту я. — Как говорится, главная наша ценность — люди. Давайте рассматривать их как ресурс, самый важный и трудновосполнимый. Сколько общество на них потратило? Родили, растили, учили, лечили… А вы — «в бухту»!

— Ваши предложения? — вмешался адмирал. — У нас над ними никакой власти нет. Мы их и задержали-то не очень законно, а дальше держать-воспитывать — это уж и вовсе беспредел чистой воды. Можем сдать в полицию. Но поскольку сделать они ничего не успели, предъявить им нечего — отпустят в тот же день. И смысл тогда?