Генерал не ответил. Зато, прямо перед тем, как мне надоело ждать и я был уже готов отбиться, звонок перекинуло на смутно знакомого парня из Данилиного бюро, который кратенько ввёл меня в курс событий. Новости показались неоднозначными. Вернее, новость-то была, по большому счёту, одна: генерал вчера спешно перешёл телепортом из Венесуэлы, потому что его назначили первым вице. Типа, повысили. Вчера же он встретился с президентом, и вчера же улетел в Китай. На — тут мой информатор явственно придавил голосом — «важнейшие» переговоры. Ну и Данила с ним, понятно, так что мне тут и поговорить, выходит, не с кем. Про боль мою. Поскольку ясно уже, что все, кто с погонами ФСБ, мне не помощники.

— А станцию-то в Венесуэле открыли? Там всё в порядке?

— Открыли, и пассажирский рейс прогнали под аплодисменты, и грузовой. Точнее, грузовых даже много, сразу начали эксплуатировать в рабочем режиме, — просветил меня собеседник, с некоторой, как мне показалось, укоризной.

Распрощавшись, я откинулся и забарабанил пальцами по столу, пытаясь привести в порядок мысли. Вообще-то, так если разобраться, а кто мне говорил, что вопрос с Лысым решён? Надо вспомнить… ну, первым был, кажется, Сергей — зам директора Института Биоэнергетики. Ещё там, в Штатах, когда агитировал за всё хорошее и против всего плохого. Его ведь и замом-то назначили куда позже, кстати, а тогда он ещё был просто хрен с горы. Интересно, кстати, куда они тот чемодан с дурью дели, и куда пошли деньги… Или нет, пожалуй, не интересно. Что важно: те слова, да и весь тот Сергей, нынче не актуальны от слова «совершенно».

Вторым был генерал фсбшный, наш первый куратор. Он, хоть фамилию Лысого — Мелентьев — и не произносил, но всё ж общими словами извинялся за действия сотрудников. Бывших? Или просто сотрудников? Вот не помню, кстати, а жаль. И вообще, тот генерал уже умер, правда, генералов после этого вокруг нас меньше не стало… Но эти как-то извиняться ни за что не спешат.

То есть, если всё оценить трезво и непредвзято, то получается, что мне никто ничего конкретного и не обещал. Больше того, все, кто вообще говорил хоть что-то, сейчас либо ничего не значат, либо умерли. Круто, чо. Может, оно даже и неплохо, что Ивлев улетел — хорош бы я был, если б начал сейчас ему истерики катать по видеосвязи.

Другое дело, что моих проблем все эти в высшей степени рациональные соображения никак не решают. Правда, тут ещё имеется немаловажный вопрос: а есть ли эти проблемы, или я сам себе их нафантазировал?

Я прислушался к себе и постановил: есть. Есть проблемы. Даже если сам по себе Лысый мне ничем сейчас не угрожает, похищение никуда не делось. И камера — была. И метелили меня там на разрыв селезёнки без всяких фантазий, а совершенно реально. И просто забиться сейчас в угол, сделать вид, что я ничего не видел, не помню, не знаю, никаких проблем у меня нет — значит это всё простить. Готов ли я прощать? Хрена.