— Так и сделаем, — сказал я. — А теперь присядь и поешь.
— Мне надо работать…
— Отставить споры, — я взял её за плечо и повернул к двери. — Ты на ногах не стоишь. У тебя круги под глазами такие, что впору пугать детей.
— Спасибо, Макс. Умеешь ты говорить комплименты.
— Я честный. Тебе нужно набраться сил, иначе через два дня лечить придётся тебя.
Она поворчала, но спорить перестала.
Я поставил перед ней большую тарелку с крайней порцией, ту, что с корочкой по краю, и кружку взвара.
— А что это, почему квадратное.
— Попробуй, потом будешь вопросы задавать.
Она лишь попробовала, а потом и не заметила, как съела всё до крошки.
Потом откинулась к стене и минуты три просто сидела с закрытыми глазами.
Вера подсела к ней.
Они перебросились парой слов — я не слушал, но краем уха поймал, что речь шла о каких-то снадобьях. Вера благодарила Елену, и говорила, что она совсем хорошо себя чувствует. А Елена изучила повязку на порезанном пальце и поворчала о том, что рану надо промывать, а не заматывать грязной тряпицей.
— Тряпица чистая, — возразила Вера.
— Она была чистая, — сказала Елена. — Следить надо!
— Будет сделано! — улыбнулась Вера.
А Елена вдруг посмотрела на неё внимательно и спросила что-то очень тихо. Вера ответила так же тихо.
Я сделал вид, что очень занят подносом.
* * *
Когда ужин закончился, я был выжат как лимон. Вручил Вере книгу «Сказания героя».
— Тяжёлая, — заметила девушка, взяв её обеими руками. Повертела, провела пальцем по тиснению. — И красивая.
— Тут все тяжёлые. Обычной бумаги нет. Зато долговечные.
Она открыла первую страницу и застыла.
Я сначала решил, что она читает. А потом увидел знакомый расфокусированный взгляд, ушедший мимо страницы.
Это длилось дольше обычного. Секунд десять.
— Макс, — сказала она наконец. — Тут какая-то тарабарщина.
— Что?
— Мне пишут.
Она моргнула, потрясла головой и прочла вслух, глядя в пустоту:
— «Внимание. Обнаружено несоответствие». Дальше… — она поморщилась, вчитываясь. — «Ваш уровень Пути знаний находится ниже допустимого предела для носителя». Потом: «Разум не соответствует носителю в этом мире и подвержен растворению». И дальше: «Поднимите уровень Пути знаний. При отсутствии прогресса, целостность разума не гарантируется. Идёт расчёт срока».
Она замолчала, а я стоял и переваривал.
С одной стороны, легче, чем у меня. У меня-то в первый день было чётко: три дня, потом смерть. Никаких «не гарантируется». С другой стороны, у меня хотя бы был счётчик. Я знал, сколько осталось, и мог считать. А тут, тикает что-то невидимое, и ты даже не знаешь, с какой скоростью.