Я взяла его руку и направила ее к внутренней поверхности моего бедра, приподняв юбку. Он тяжело выдохнул, его ногти впились в мою кожу.
От нахлынувшего восторга я резко втянула воздух, желая, чтобы он продолжал. Мой клитор пульсировал.
Открыв глаза, встретилась с ним взглядом. Его рука скользнула глубже мне между бедер. Чем дальше он продвигался, тем более горячей и влажной я становилась.
Карикатурный оборотень выскочил из стены сбоку от Уилла. У меня перехватило дыхание, каждый сантиметр кожи пылал. Пальцы парня проникли под мои трусики, а я потянулась и расстегнула молнию на платье. Затем провела рукой по его шее, наклонилась и снова прошептала:
— Уилл.
Двери перед нами открылись, в комнате снова воцарилась тьма. Мы переместились в «Рундук Дэви Джонса». Смотря на него, я медленно спустила лиф платья.
Да. Я не могла остановиться. И не хотела.
Прохладный воздух щекотал обнаженную грудь, отчего соски напряглись и затвердели. Взгляд Уилла опустился ниже, и он шумно выдохнул.
Мне было приятно от того, как он смотрел на меня. Не знаю, нравилось ли ему то, что он видел, но сейчас все остальное не имело значения. Я понимала, что все закончится, еще не успев начаться. В итоге он потеряет интерес.
Я лишь хотела провести сегодняшнюю ночь с ним.
Уилл прильнул ближе, коснулся моих губ, но не поцеловал. Подняв ногу на бортик вагонетки, я выгнула спину и открылась ему. Он медленно и нежно гладил меня, дразнил, подбираясь к клитору.
Другой рукой Уилл накрыл мою грудь, слегка сжал ее. Его горячее дыхание овеяло мои губы.
Стоило ему коснуться клитора, как я застонала. Удовольствие пронеслось по телу, пламя вспыхнуло между ног. Мне нужно больше. Мне нужно все.
Он скользнул пальцем дальше, приблизился к влагалищу, но я остановила его, схватив за руку.
Уилл напрягся и нахмурился от боли.
— Эмми…
— Не пальцы, — прошептала я. — Тебя. Я хочу почувствовать тебя внутри себя.
Зашипев, он сжал руку в кулак между моих ног и, издав тягостный стон, отпустил меня и попытался поднять поручень, но тот не поддался.
Кряхтя, Уилл продолжил борьбу за наше освобождение, а я наклонилась, обхватила его лицо ладонями и стала осыпать поцелуями щеку.
— Твою мать, — прорычал он, дергая перекладину все сильнее и быстрее, чтобы мы могли вылезти.
Все старания оказались напрасны. Уилл попробовал выскользнуть из-под нее, только был слишком большим.
Я засмеялась ему в ухо, покусывая мочку, и взмолилась:
— Вытащи нас. Я хочу тебя и сегодня не скажу «нет».
— Черт, — воскликнул парень, воюя с поручнем и отчаянно рыча. — Проклятье.