Оставив свое барахло на столе — оно все равно никуда не денется, — вывел ее из библиотеки в коридор. Она нервно дышала и оглядывалась в поисках учителей или камер наблюдения. Однако больше не протестовала.
Я направился к своему пикапу и, бросив ее сумку на грузовую платформу, открыл пассажирскую дверь.
Она наконец встретилась со мной взглядом и выглядела такой уставшей при этом. Боже, мне лишь при свете дня удалось увидеть круги у нее под глазами… Когда Эм спала в последний раз?
Она открыла рот, будто собиралась возразить, но потом залезла в салон. Я захлопнул дверь, обогнул капот и сел на водительское место.
Отчасти я даже хотел, чтобы она сопротивлялась. Эмери Скотт позволила мне забрать ее с территории школы в учебное время и не допытывалась, куда мы поедем.
Мне не нравилось мертвенное выражение на ее лице. Что, мать твою, произошло?
Заведя машину, я достал телефон и набрал номер, затем выехал со стоянки, направившись в сторону центра.
Она рассеянно потянулась к ремню безопасности и застегнула его.
На другом конце линии ответил Роджер Калпеппер:
— Алло?
— Привет, это Уилл. Можешь открыть двери?
— Сейчас девять утра.
— Просто открой кинотеатр, — повторил я. — Потом можешь спать дальше.
Я сбросил вызов, не дав ему шанса возразить, и перевел взгляд на Эм, которая смотрела в окно. Она уже не плакала, лишь расслабленно откинулась на сиденье, грустная, но спокойная.
Глядя на дорогу, ведущую в город, я не сдержал улыбку. Прости, Ди. Теперь это ее место.
Роджер открыл кинотеатр для нас. Я припарковался в переулке, чтобы никто не заметил мой пикап. Эмми не стала задавать никаких вопросов, когда я оставил ее в одном из залов, а сам ушел за закусками.
Калпеппер управлял кинотеатром. Он провел здесь всю ночь из-за фестиваля. Мне было неловко будить его, но с тех пор, как в мае прошлого года я устроил здесь импровизированную вечеринку в честь своего дня рождения, родители забрали у меня ключи от здания.
Роджер расслабился, увидев, что со мной всего одна девушка. Он включил фильм, приглушил свет, а я приготовил попкорн. Когда мужчина ушел, я запер двери и понес охапку еды в третий зал.
— Голодна? — спросил я, поставив ее напиток в подстаканник.
Она подняла глаза, все еще красные, нервно поерзала на сиденье и оглянулась на двери, вероятно, опасаясь, что нас поймают.
— Все будет хорошо. — Я положил закуски на столик, сел и взял попкорн. — У меня есть знакомый, который работает в административном офисе. Уже позвонил ему и сказал, чтобы он отметил тебя присутствующей на всех сегодняшних уроках.