Он сказал это так просто и честно, что у меня внутри всё перевернулось.

— Ну, теперь у тебя есть костыль в виде моей секретной программы, — пошутила я, чтобы не расплакаться от какой-то дурацкой нежности. — Временное решение.

— А нет ли возможности… — он наконец посмотрел на меня, и в его глазах была та самая детская незащищённость, — …сделать его постоянным? Ну, или с долгосрочной поддержкой. С регулярными обновлениями.

Комната снова наполнилась этим звонким, щекочущим нервы молчанием. Где-то за окном упала сосулька.

— Постоянные решения требуют тщательного тестирования, — произнесла я тихо, подбирая слова. — Нужно провести стресс-тесты. На совместимость с котами в шапках, с блинами-Австралиями, с враждебными белками. Это долго.

— Я не против, — быстро ответил он. — Я терпеливый. И дисциплинированный. Я даже лог-файлы нашего взаимодействия могу вести. «День первый: пациент введён в состояние легкой паники с помощью настольной игры. Реакция — положительная».

— «День второй, — продолжила я, — инструктор подверглась несанкционированному воздействию в сугробе. Система дала сбой, но продолжила работу».

Мы улыбались друг другу, как два идиота, придумавшие свой собственный, никем не понятный шифр.

Внезапно он зевнул — широко, по-кошачьи, и тут же смущённо прикрыл рот.

— Сотрясение даёт о себе знать, — извинился он. — И эмоциональная перегрузка. У меня, кажется, все процессы в голове требуют перезагрузки.

— Пора отправлять систему в спящий режим, — кивнула я, вставая. — Завтра большой день: продвинутый курс по сугробам и, возможно, введение в строительство снежных крепостей.

Он поднялся, застегивая куртку с сосредоточенным видом. У двери мы замерли в той самой неловкой паузе, когда непонятно, как прощаться. Рукопожатие? Слишком формально. Объятие? Слишком внезапно. Повторение вчерашнего «манёвра»? Категорически исключено, хоть мысль и мелькнула.

В итоге мы синхронно потянулись к двери — он, чтобы открыть её, я — чтобы её придержать. Наши руки столкнулись в воздухе, и мы отдернули их, как от раскалённой плиты.

— Эх, — вздохнул он. — Опять конфликт интерфейсов.

— Ничего, — произнесла я, наконец открывая дверь и пропуская его на крыльцо. — Завтра будем отлаживать. Спокойной ночи, Алексей.

— Спокойной ночи, Виктория. И… спасибо за патч.

Он ушёл, аккуратно ступая по протоптанной тропинке. Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и закрыла глаза.

В голове звучал его голос: «Долгосрочную поддержку… регулярные обновления…»

Я открыла глаза и увидела на столе два кривых печенья. Взяла их и поставила рядом, чтобы они касались друг друга. Смотрелось… мило. И правильно. Как будто их кривизна идеально компенсировала друг друга.