Разговор потек легко. Он рассказал пару историй про эпичные провалы своих коллег: один как-то случайно вывел из строя внутренний чат на три дня, отправив туда бесконечный цикл смайликов. Другой, пытаясь автоматизировать заказ пиццы в офис, написал скрипт, который в итоге заказал сорок семь пицц «Маргарита» на адрес бухгалтерии.
— А ты чем занимаешься? Ну, кроме как рассылать портреты питомцев? — спросила я.
— Разрабатываю алгоритмы для умного дома. Чтобы кофеварка включалась сама, шторы открывались… В общем, чтобы человек мог максимально расслабиться и ни о чём не думать. Произнес он важно.
— Ирония в том, что создатель системы «умный дом» заблудился в лесу и не смог отправить письмо, — не удержалась я.
— Именно! — Он развел руками. — Я — живое подтверждение парадокса. Глубоко изучаю сложные системы, чтобы в быту быть беспомощным, как кот Вася в этой дурацкой шапке. Баланс вселенной.
Мы допили глинтвейн, и по щекам разлилось приятное тепло. Неловкость куда-то испарилась, осталась лишь эта странная, комфортная легкость. Когда мы вышли, уже смеркалось. Фонари зажигали в сумерках мягкие желтые круги.
Дошли до наших домиков. Остановились.
— Ну что ж, — сказала я, засунув руки в карманы. — Реабилитационный день можно считать успешным. Лыжи освоил, глинтвейн одобрил, корпоративный скандал превратил в успешный пиар-ход.
— Всё благодаря грамотному руководству, — с нарочитой почтительностью ответил он. Потом замолчал и потупился. — Виктория… насчёт того, что было днём… Я правда не планировал. Это вышло спонтанно. И, наверное, неуместно.
— Да, — согласилась я. — С точки зрения здравого смысла — полный провал.
Он выглядел настолько пришибленно, что мне стало его жалко. — Зато с точки зрения… сюжета, — добавила я, подбирая слова, — это был довольно яркий поворот. Так что давай просто запомним его как эпизод. Эпизод под названием «Внезапный сугроб».
Мы допили глинтвейн, и по щекам разлилось приятное тепло. Неловкость куда-то испарилась, осталась лишь эта странная, комфортная легкость. Когда мы вышли, уже смеркалось. Фонари зажигали в сумерках мягкие желтые круги.
Дошли до наших домиков. Остановились.
— Ну что ж, — сказала я, засунув руки в карманы. — Реабилитационный день можно считать успешным. Лыжи освоил, глинтвейн одобрил, корпоративный скандал превратил в успешный пиар-ход.
— Всё благодаря грамотному руководству, — с нарочитой почтительностью ответил он. Потом замолчал и потупился. — Виктория… насчёт того, что было днём… Я правда не планировал. Это вышло спонтанно. И, наверное, неуместно.