И с первой женой царю повезло. Она терпеть не могла алкоголь. Как и Алексей, кстати, терпеть не мог тех, от которых «пахло».
А вот со второй женой не повезло, так как Наталья Нарышкина позволяла себе употребление вина при каждой трапезе, а кушала она часто. Оттого, говорят «специалисты», и Пётр Первый имел соответствующие пристрастия.
[1] Слово «щирый» с украинского языка на русский можно перевести как «искренний», «истинный».
— Знаешь, о чём я хотел поговорить с тобой, Стёпушка? — спросил Алексей так ласково, что я тут же вспотел, хотя от пития вина в бане мы отказались.
Мы сидели в зимнем саду, пристроенному к дворцу стеклянному помещению, типа «оранжерея», где среди пальм было отведено место для обеденных поседелок. В земле и вокруг по периметру был проложен обогревающий водопровод и пальмам в саду было очень комфортно. Как, впрочем, людям и обитающим там певчим птицам.
Я, только что слушавший жизнеутверждающее щебетание птах, вдруг потерял весь интерес к прекрасному.
— До тебя доходили подмётные письма о внуке Василия Шуйского? — спросил государь.
— Сами письма не доходили, а слухи доходили. Я сообщал тебе, государь. Воевода Симбирска рассказывал крайний раз вот теперича.
— Во-о-о-т, — поднял вверх указательный палец государь. — Раньше их почти не было, а тут… Одно за другим и в разных городках, даже совсем малых. И писано так грамотно, как ты меня писать учил.
Я вспотел ещё больше. Как ни пытался, а к косноязычию я себя так и не приучил.
— Ну, кхе-кхе, не так, конечно, правильно, как ты, но очень похоже. Не ты ли это пишешь?
Тут я совсем обомлел.
— Надо же как просто! Бац! И ты на плахе у палача. Или на дыбе… Сначала на дыбе, потом четвертуют, и всё. Исторический парадокс с тем же самым концом.
— Конечно я, государь. Кому же как не мне этим есть время заниматься. Главное что если ещё знать, где этот внук и кто он? Ты не знаешь?
Государь, открыв рот, покрутил головой.
— Вот и я не знаю.
— Ты шутишь? — спросил государь.
— А ты? — спросил я.
— Я шучу, — сказал государь.
— И я шучу, — сказал я. — Но твои шутки очень плохо пахнут. Впору портки менять.
— В смысле? — не понял моего чёрного юмора царь.
— Проехали, — не стал я уточнять.
Тут до царя, вроде, шутка дошла и он улыбнулся.
— Ищут? — спросил я.
— Ищут, — ответил царь. — В Симбирске розыск провели всех тех, кто уехал перед этим письмом. Всех пытали. Остался только ты. Там не много людишек проезжало.
— Будешь пытать? — спросил я.
— А надо? — улыбнулся царь.
— Мне — точно не надо, — дёрнул плечами я, — а вот тебе — не знаю.
Алексей посмотрел на меня испытующе, пососал уголок рта, цыкнул им и сказал: