— А где будем эти карабины делать? В Коврове? В Туле? В Ижевске?

— Я же к ней не просто так ругаться шел: в Боготоле и Мариинске Тихонов два новых оружейных завода строит… уже почти выстроил. Эта зараза ему сказала, что заводы по распоряжению товарища Сталина строить нужно!

— А… а что Госплан говорит?

— Она опять за счет буржуйских денег их строит… Владимир Григорьевич, вы на полгодика в Боготол с десяток инженеров не пошлете производство побыстрее наладить? А Мариинский завод только к осени запустят, о нем уже ближе к концу лета думать будем. Но если вы успеете подготовить несколько инженеров для него…

Иосиф Виссарионович в последнее время часто приглашал в поездках на разные полигоны и заводы разработчиков новых образцов техники проехать с ним в машине. А уж не подвезти в комфортабельной машине все же немолодого оружейника было бы просто невежливо. К тому же теперь — после появления в его парке нового автомобиля — стало очень удобно даже в машине разговаривать на важные темы и даже принимать ответственные решения. Машина ехала исключительно плавно, в ней было довольно тихо, а непривычный вид…

Когда рабочие с ГАЗа привезли ему в подарок этот автомобиль, Сталин поначалу даже ездить на нем не хотел: не понравился ему «слишком уж простенько выглядящий лимузин». Но Лаврентий Павлович настоял, а после попытки покушения на Веру — просто уже приказал использовать именно эту машину:

— Врагов, как видишь, у нас много, и они теперь на что угодно готовы. А эту машину даже пушка не возьмет! Так что ездить будешь в ней только. И не только ты…

С пушкой было понятно: та же плавность хода объяснялась в том числе и тем, что весила машина чуть больше семи тонн. Такие же машины теперь были изготовлены для большинства членов ЦК и высших руководителей государства — хотя и не для всех, однако даже наркомам такие же, только немного поменьше, автомобили или были уже сделаны, или «находились в производстве». Ну, почти такие же: Лаврентий Павлович не стал заострять внимание Сталина на том, что конкретно его лимузин имел кузов из шестнадцатимиллиметрового титанового листа, а обивка салона была сделана из шести слоев арамидной ткани. Не потому заострять не стал, что другим такого не досталось, а потому, что именно этот кузов обошелся НТК дороже целой эскадрильи бомбардировщиков. А уж про то, что лимузин сделали на основе корявого Вериного рисунка с изображением «Мерседеса-Пульмана», он вообще не знал…

Вера, когда товарищ Берия задал ей уже традиционный вопрос «зачем», объяснила появление этого кузова просто: