— Ну да, продумала, — как-то криво усмехнулся Тихонов, — два новых цементных завода полностью на эту Саамо-Финскую АО работать теперь два года будут…
— А взамен мы получим… — начал было Лаврентий Павлович, но Валентин Ильич ему договорить не дал:
— Да знаю я! Но Старуха опять шведов подкармливать собирается со страшной силой, ей, видите ли, советские рельсы не нравятся!
— По поводу рельсов я с ней уже говорил, и вынужден с ней пока согласиться: пока вся шведская сталелитейная промышленность будет делать рельсы для Саамской республики, она не сможет делать оружие для Гитлера и поляков. И то, что мы за это немного переплатим… хотя в любом случае мы ни копейки на это, как и всегда во всех ее затеях, не потратим. Так что… да, Вячеслав, с Хаконом по поводу саамского референдума у тебя сейчас кто работает?
— Никто. У нас ни у кого просто нет понимания о том, что, собственно, следует обсуждать. А когда все в Европе упокоятся, то, думаю, с норвежским королем пусть почетная гостья шведского поговорит: у нее почему-то такие разговоры очень убедительными получаются. И хорошо, что мы ее сюда сейчас не пригласили — а то вышли бы из кабинета и долго думали бы, какого рожна мы такие идиотские постановления приняли.
— Вроде она ничего особо идиотского никогда не предлагала, — с легким сомнением в голосе ответил Лаврентий Павлович. — Или я что-то пропустил?
— Пропустил, — довольно усмехнулся Валентин Ильич, — потому что ты уже просто привык. А для свежего человека поначалу все ее идеи кажутся идиотскими, и лишь когда они воплотятся…
— Товарищи! — уже всерьез возмутился Иосиф Виссарионович, — мы здесь собрались чтобы Старуху обсуждать или серьезные вопросы решать?
— А это почему-то всегда получается одно и то же, — тихо проговорил Берия. — То есть когда что-то касается производства чего угодно, то без упоминания Старухи вопросы не решаются.
— А может ее тогда главой государства нам назначить? — саркастично вопросил Климент Ефремович.
— А я бы не отказался, — ответил ему Сталин. — Но она сама не хочет, и не потому что не хочет, а потому что, как она говорит, на такой работе сгорит за месяц. А на нынешнем своем месте она светит нам потихоньку — и пользы стране от этого в разы больше. Так что… Лаврентий, завтра с утра ты сначала Жданова в обстановку посвяти, а в два мы уже вместе первоочередные вопросы обсудим…
Во время обсуждения результатов финской войны Сталин, после того как Берия озвучил потери, задал ему вопрос:
— Вот вы говорите, что у нас безвозвратные потери, то есть убитыми, составляют меньше пяти тысяч, а ранеными мы потеряли около тридцати. Что-то пропорция получается странная… почему?