— Октоген получается?
— Циклотетраметилентетранитрамин… но да, если на структурную формулу поглядеть, то действительно восьмиугольник… а ты уже об этом веществе знала?
— Ну, не то, чтобы знала… да, знала. И вы правы, для горных работ… туннели например в граните рыть… правда, нужно будет о флегматизаторе подходящем подумать… Но давайте детали после праздников все же обсудим: времени у нас на это точно хватит.
— Договорились! И — еще раз поздравляю, ты у нас все же молодец из молодцов. И студенткам в пример тебя теперь будем ставить…
— А учиться кто будет?
— А ты как раз пример правильный: сначала отучилась… Ты, главное, теперь всякую дрянь старайся не есть. И гулять больше — а я здесь, в университете, за этим особенно прослежу. И в лабораториях… наука — это замечательно, но она — лишь довесок к настоящей счастливой жизни. Так что про лаборатории забудь, я тебе двоих аспирантов для этого направлю. Договорились?
Перед самым Новым годом, после того, как на заседании Президиума ВСНХ были подведены итоги года уходящего, Лаврентий Павлович как-то вскользь заметил, обсуждая со Сталиным некоторые планы на год грядущий:
— По крайней мере в следующем году у нас ничего непредвиденного не произойдет.
— Что ты имеешь в виду конкретно?
— Всё я имею в виду. На Старуху с ее закидонами мы можем точно не рассчитывать, а кроме нее никто у нас гениальными изобретениями срочно и внезапно планы ломать не будет. А еще, надеюсь, она не будет и Комитет загружать задачками в стиле «пойди туда — не знаю куда».
— Что за задачки такие?
— Да осенью еще, в сентябре, она попросила найти какую-то музыкантшу.
— А что, ей тех, что в консерватории, не хватает?
— Она попросила найти музыкантшу по имени Ольга Таранова, причем кроме имени… она еще сказала, что искать нужно женщину… особу женского пола в возрасте от двенадцати лет и старше. Кроме имени и того, что особа музыкой занимается, она ничего не сообщила… разве что сказала, что эта музыкантша единственная сможет правильно оркестровать и даже исполнить, причем уже как дирижер исполнить, придуманную ей мелодию… то есть Старухой придуманную.
— Нашли?
— Нет, а Старуха сказала, что раз не нашли, то и не надо. Ей, видите ли, во сне приснилось, что только Ольга эта музыку правильно исполнить сможет!
— И она до сих пор жива и на свободе? Что-то ты начинаешь слабину проявлять, — ухмыльнулся Иосиф Виссарионович.
— Конечно жива, что с ней сделается? Я к этому разговору уже знал, что она беременная — а у беременных… у этой вот такой заскок случился, так что же, расстреливать ее за это?