— И это будет работать?
— Работает же. Точно такие автоциклонные воздухозаборники стоят на всех газоразделительных установках, на которых кислород из воздуха получают. Там, конечно, пыли поменьше, чем в карьере, так что нужно будет отдельно пересчитать систему ее удаления — но это пусть уже специалисты считают…
А специалисты все (ну, почти все) работали, себя не жалея: за перевыполнение планов по вводу новых предприятий премии и блага страна раздавала более чем щедро. И в том числе и за рубежом: за досрочный пуск на полную мощность металлургического завода в Монголии только орденов было выдано полтора десятка. Потому что Монголии было нужно много рельсов для прокладки железных дорог, а железные дороги требовались для перевозок очень много всякого чего. Насчет ценных металлов все еще было довольно терпимо, их геологи пока лишь пытались найти — а вот с углем все стало более чем интересно. Потому что сразу три геологоразведочных партии обнаружили в пустыне просто невероятные по размерам (и по качеству угля) месторождения. Вот только то, что они были найдены именно в пустыне, не очень радовало: все же люди без воды выживают с большим трудом, а уж тяжело трудиться, когда воды нет, и вовсе проблематично.
Так что пока планы на монгольский уголь оставались лишь планами, а металлургический завод работал на том, что было уже давно найдено — и шансов на его развитие пока не было. Зато нынешние, все же довольно скромные, потребности монгольского народа в металле он обеспечивал практически полностью. И даже «с запасом обеспечивал»: новенькая проволочная машина теоретически могла дать людям до пятидесяти тысяч тонн самой что ни на есть колючей проволоки в год. Но пока потребности такой не было, хотя колючка начинала пользоваться все возрастающим спросом, причем больше всего ее потребляли монастыри.
Уж неизвестно, как товарищ Чойбалсан уговаривал настоятелей этих монастырей, но они — настоятели — в конце концов объявили, что право на перерождение во что-то приличное получат лишь те монахи, которые в жизни нынешней вырастят минимум тысячу деревьев. Не посадят, а именно вырастят…
Деревья в Монголии вообще-то росли, и росли довольно неплохо. Та же сосна монгольская прекрасно себя чувствовала. Но только взрослая сосна: мелкую поросль в степи многочисленная скотина буквально под корень выкашивала, особенно козы этим отличались. Но деревья-то требовалось именно вырастить — и монахи (неизвестно, рассказал им кто-то или они сами догадались) свои небольшие «плантации» стали как раз колючкой и огораживать. Получалось неплохо, ни козы, ни коровы к молодым деревцам теперь добраться уже не могли.