Мартинес почувствовала: Виктор хочет добавить что-то ещё.

Айя потихоньку сжала пальцы, указывая: именно в этом месте пора закругляться.

Кроме прочего, Седьков взял её с собой ещё и затем, чтоб она незаметно направляла его в беседе с опорой на свои расширения.

Он как никогда вовремя сориентировался и дисциплинированно оставил при себе всё то, что хотел сказать отцу Лысого.

Они уже покинули здание, так и продолжая вышагивать под руку, когда она наконец раскрыла рот:

— Али принял решение. Рашид в итоге отдаст тебе деньги.

— Фуф. — Лицо товарища расплылось в искренней улыбке. — Слава яйцам. А то чуток нервничал; думал, там и похудею.

— Похудеем оба, если быстро не пожрём, — дальновидно заметила латиноамериканка. — В школе не стали, потом не успели. У меня щ-щас живот к спине прилипнет. По дороге сюда тебя не стала напрягать тем, что есть хочу.

— Погнали! Я тоже хочу! — Он решительно направился к дверям ближайшего заведения.

Вернее, попытался это сделать.

— Фигушки. — Она усилила мышцы через концентратор и придержала его, разворачивая в противоположную сторону. — Не здесь. В другом месте.

— Почему? — его организм абсолютно искренне среагировал на запах пищи и Рыжий огорчился. — Зачем ещё куда-то топать?

— Нам с тобой нужно поговорить. У меня созрели вопросы и я не хочу обсуждать их где попало.

— Ты сейчас не остришь и не улыбаешься, — подметил он, подчиняясь нажиму девичьих пальцев и топая по набережной дальше.

— Разговор серьёзный, — вздохнула она. — Как тебя родители зовут? То есть звали? На родном языке если?

— Витя, а что?

— Уменьшительное?

— Ага. Почему спросила?

— Ты тоже Эскобар? Из самых первых секторов?

— Ты тоже Эскобар? Из первых секторов? — Мартинес крепко сжимает моё предплечье левой рукой, а бицепс — правой.

Чтобы у меня не оставалось сомнений, перед её носом загорается очень красноречивая голограмма, мне уже хорошо знакомая. Эта объёмная картинка как привязанная следует за моей спутницей.

Спотыкаюсь на ходу и набираю воздух, чтобы ответить.

— Нет. — Она отвечает себе сама. — Молчи, сама уже поняла. Хм, прикольно… Рыжий, а ты меня любишь?

Её лицо молниеносно разглаживается, она превращается в себя обычную — позитивную и беззаботную на вид.

— А что такое любовь? — отвечаю вопросом на вопрос, затем вношу ясность. — Я не уклоняюсь от ответа, просто определяю для себя твои критерии. Мне приходилось сталкиваться с тем, что люди под одним словом понимают разные вещи.

— В данном контексте: любовь это когда человек тебе дороже окружающих, тебе с ним хорошо, а без него плохо, — выдаёт детское как по мне определение.