Виктор в своей неподражаемой манере извлёк допотопный утюг-телефон и, уткнувшись носом в экран, лаконично кивнул через пару секунд. Хорошо, голову не стал поворачивать и взгляд поднимать.

— Вам сказали правду и по-моему поручению, — продолжила тем временем Хамасаки. — Вне зависимости от результатов разбирательства, моя компания будет вам очень обязана, если вы позволите нам принять на себя все хлопоты по восстановлению вашей дочери.

— Перед тем, как мы это обсудим, разрешите спросить. Каким образом этот гайдзин является вашим воспитанником? — Масаэ Тераяма отчего-то посерьёзнела.

— Я являюсь его официальным опекуном, — на голубом глазу выдала Тика. — Скоро будут оформлены все документы.

Что интересно, ни одно из расширений Айи не показало, что японка врёт. Вот это номер.

Так и рождается история, подумала она про себя. Я же сейчас своими глазами видела, что гарантированные расширения — не такие и гарантированные. Как так-то? Хотя бы жёлтый сектор должен был обозначиться, Хамасаки-старшая же не говорит чистую правду.

— Мне искренне жаль. — Мамаша одноглазой тем временем впилась взглядом в собеседницу. — Пожалуйста, извините меня за наглость ещё раз, но в каком статусе находятся ваши отношения с этим парнем сейчас?

— Могу спросить о причинах подобного пристального интереса? — вежливо и абсолютно непрошибаемо поинтересовалась Тика.

— У меня сейчас внутреннее противоречие. С одной стороны, обидчик моей дочери должен понести очень серьёзное наказание. Не по закону, — Масаэ фыркнула. — По моим правилам представителя титульной нации. С другой стороны, за него просите вы. Ещё раз простите за настойчивость, какими документами подтверждаются ваши слова?

— А вы сейчас со мной разговариваете как японка? Или как гражданка федерации? Мне напомнить вам, что у нас , — Хамасаки выделила интонацией, — устные договоры, в отличие от гайдзинов, несут ту же функцию, что и подписанные? Или вы и штрафы на улице в полицию платите, а не возмещаете ущерб тому, чью машину стукнули?

«Наши обычаи. Мама говорит правду», — внизу появился закрытый от остальных комментарий Миру.

«Я в курсе!», — отмахнулась Мартинес.

Наблюдать за беседой двух сорокалетних японок было не просто интересно, а ещё и жизненно необходимо: если что-то не срастётся по-хорошему — вон, один полицейский участок и молодые опера-латинос за скромную мзду уже готовы посодействовать. Где бы только денег на них взять.

— Уважаемые дамы. — Китаец присоединился к разговору японок, впрочем, с соблюдением правил вежливости и низко поклонился. — Я очень прошу не упускать из виду интересы и других представителей титульных наций, даже если они от ваших отличаются.