— И что теперь делать?

— Возвращаемся в Вещее, — говорю. — Нужно будет всем жителям села бросать свои дома и уходить куда-нибудь.

— Куда?

— Не знаю, но точно уверен, что оставаться на месте больше нельзя. Если армия ещё к нам не явилась, то скоро явится. Он всех нас размазать может за убитого коня.

Кажется, это конец истории Вещего как села. Людям придётся идти куда глаза глядят, разойдутся по другим деревням, будут строить новые дома. А всё потому, что мы когда-то не дали увезти у нас троих человек.

Хотя нет, я отказываюсь брать вину на себя.

Как много раз повторял Волибор, а он был воеводой при старом удельном, никогда не жалей о принятых решениях, иначе это сожрёт тебя изнутри. Мы спасли троих человек, и в тот момент это казалось разумным.

Это решение не стало глупым оттого, что мы не были способны увидеть всей картины происходящего. Задним числом всегда удобно быть умным, а в моменте приходится работать с тем, что есть.

Однако проблема Вещего пока остаётся открытой. Сначала нужно убежать самим.

Во время переправы через Волхов мы не просто пересекли реку, но пропыли вдоль неё, позволяя течению отнести нас подальше. Это ненадолго собьёт преследователей, но они всё равно нас настигнут.

— Мы проиграли, — жалуется Никодим. — Сыграли и проиграли.

— Нет, — говорю. — Проиграть можно только когда наступает конец. Полный и окончательный.

— Посмотри на нас, мы бежим через лес. Домой, который уже может быть разрушен. От погони, которая разорвёт нас на куски.

— Да, всё так. Но мы до сих пор бежим.

— Почему ты вечно такой неунывающий?

Когда дыхание совсем сбивается, мы ненадолго переходим на быстрый шаг.

— А мы с тобой разве не одни и те же книги читали? Самсона, вон, остригли, ослепили, и в темницу бросили, но он восстал и обрушил дом на врагов. Всегда можно что-то придумать. Всегда. До тех пор, пока жив, ты не проиграл. А с эпохой безумия и мертвец не всегда проигрывает.

— Сука ты, Тимофей, — бормочет Никодим. — Знаешь это? С тобой нельзя даже пожаловаться нормально.

— Если ты хотел просто пожаловаться, то нужно было предупредить. А то я не отличаю просьбы о помощи от жалобы ради жалоб.

Мы бежим по какой-то тропинке, скорее всего вытоптанной местными деревенщинами во время походов за грибами. Когда тропинка уходит севернее, мы сворачиваем и двигаемся по мху, буграм и корням. Наше село на востоке, поэтому выбираем этот маршрут.

Сдаём немного в сторону, поскольку целую неделю пути по лесу мы не осилим. Нужно возвращаться на основной тракт.

Миновав очередной участок леса, мы оказываемся на опушке, густо заросшей малиной. Кусты настолько плотные, что приходится пробиваться насквозь, пока ветки царапают руки и голову.