— Хорошо. Поговори с ним, но на немедленном оправдании северянина не настаивай, — сказал Пак Ки Хун.
— Вы передумали? — удивился на той стороне провода Юн Донджин.
— Пока нет, но этот вопрос нужно придержать. Заставь уважаемых господ из NIS немного поостыть, но не требуй освобождения. Пусть северянин пока посидит, — ответил Пак Ки Хун.
— Понял вас, господин, все будет сделано.
— Надеюсь на тебя, — подытожил разговор Пак Ки Хун, после чего положил трубку на рычаг.
Внука нужно было наказать и преподать урок. Пусть поживет пару лет на западе, посмотрит, как делаются дела в местах, где нельзя каждому встречному дать взятку. Точнее, нельзя дать взятку с теми ресурсами, что будут в распоряжении Пак Хи Шуня. А только потом — возвращается в Сеул.
Но молодой наследник чеболя принес старику интересные новости. Северянин устроил пожар? Он причастен к спецслужбам соседа? Скармливать ассистента Пак Сумин шакалам из национальной разведки старик не собирался, но и связь с подобными людьми может повредить семье Пак. Особенно, с учетом того, как активно Пак Бо Гом пытается выяснить причины собрания чеболей в Инчхоне. Он уже прямо намекал старику, что что-то знает, но пока недостаточно для того, чтобы предъявить ему прямые претензии. Но вот Чхве Кан-Ми уже от этих разборок пострадала: племянница Пак Ки Хуна уже была на грани отставки из-за чрезмерного давления.
Впрочем, для женщины она и так показала результат намного лучший, чем мог когда-либо вообще надеяться Пак Ки Хун. Может быть, он придет ей на помощь, но только в самый последний момент, когда она лично прибежит к своему дяде и попросит о защите.
Пока же надо повнимательнее присмотреться к северянину и решить, что делать с такой противоречивой фигурой. Если он хоть как-то связан со спецслужбами севера, неважно, сейчас или потом, у семьи Пак в будущем могут возникнуть серьезные проблемы. Участники встречи в Инчхоне такой промашки им точно не простят. Так что этот вопрос теперь будет у Пак Ки Хуна на особом контроле.
К концу третьей недели в тюрьме я почуял неладное, а именно — я не смог выйти на связь с господином Ким Чан Соном. Я несколько раз оставлял заявку в администрации на то, чтобы они связались с адвокатом, но ответа так и не получил. Тюремщики же только разводили руками: они делали все по процедуре и отправляли официальный запрос юристу через почту, чтобы он явился в исправительное учреждение для свидания с подопечным. В итоге один из сотрудников, пожилой секретарь, который принимал заявления в канцелярии тюрьмы, устало заметил: