Очередной противник едва не сбил меня с ног, но я смог отмахнуться от него ножкой стула и сохранить свою позицию. Капрал справлялся намного лучше — он был тренированным солдатом, а после этого вел не самую законопослушную жизнь, неотъемлемой частью которой были уличные драки — так что за свою спину я не волновался. Мун Джин же пер вперед со скоростью быстрого шага.

Вооружены китайцы были такими же палками от швабр, ножками стульев и еще непонятно чем, так что моя идея с журналами Мун Джину пригодилась даже больше, чем я мог рассчитывать. Бывший телохранитель без каких-либо проблем принимал удары палками на предплечья, будто бы у него был надет маленький щит или железные наручи. Толстые плотные журналы отлично гасили всю энергию, превращая мощные удары в бесполезные хлопки, а Мун Джин в это время раздавал таких оплеух и двоечек, что я боялся, как бы он не оставил за собой дорожку из трупов.

Подходить к здоровяку прямо в лоб после троих посаженных на задницы уже просто боялись, так что китайцы все больше и больше налегали на фланги, мы же крутились на месте и одновременно, будто огромный трехголовый краб продвигаясь к выходу из библиотеки. Вот только чем ближе была дверь, тем удушливее и гаже становился дым.

— Рывок! — резко скомандовал Мун Джин, всем своим весом налетая на пару преграждающих путь китайцев и, будто заправский игрок в американский футбол, плечом сбивая их с ног. Мы же с капралом, услышав команду, рванули вперед оставляя здоровяка позади, ломанулись через гору тлеющих тряпок, прямо в задымленный дверной проем.

Едва моя голова показалась в коридоре, я тут же получил ощутимый удар по затылку. От едкого дыма я и так ничего толком не видел, но теперь у меня потемнело в глазах, а с лица слетели очки, жалобно звякнув толстыми линзами о каменный пол. Где-то рядом вскрикнул капрал Гон, а потом я почувствовал, как меня за шиворот хватает чья-то сильная рука.

— Вставай, Ён Сок! — скомандовал Мун Джин.

По расплывчатым силуэтам я понял, что нас окружают трое, которых сейчас здоровяк держал на дистанции с помощью обломка стула на вытянутой руке.

— Иди своей дорогой, жирдяй! Оставь эту северную падаль нам, и вали! — рявкнул один из китайцев.

— Ты как меня назвал⁈ — вспыхнул Мун Джин, делая шаг вперед.

Смазанный силуэт совсем расплылся, но я понял, что бывший телохранитель, с минимальным замахом, но все же дотянулся до наглеца, который посмел усомниться в физической форме мужчины. Послышался вскрик, после чего теней вокруг осталось две.

— Что с капралом? — прохрипел я.