— Ох, как любопытно! — всплеснула руками принцесса. — И что же говорят о нашем маркграфе при дворе вашего батюшки?

— Вам вряд ли понравится, — уклончиво ответил островной принц. Хотя было ясно: затронул он это ровно затем, чтобы его попросили продолжить.

Не знаю, поняла это Адель или нет, но у нее неплохо получалось «вытягивать» каждое слово из сына лорда Элдриса.

— Вы действительно хотите это услышать? — Блондин изогнул бровь.

— Полагаю, не только я, — улыбнулась принцесса Адель и обвела взглядом всех присутствующих.

Народ ободряюще прогудел. Я же стоял молча и бесстрастно следил за происходящим, чем еще больше бесил островных аристократов.

Принц Мертона пожал плечами, делая вид: мол, сами напросились.

— О маркграфе де Валье при дворе моего отца говорят, как о человеке, который принимает у себя клятвопреступников и предателей, — с вызовом глядя на меня, произнес молодой лейр.

Интересно, на что он рассчитывает? Хочет просто поскандалить? Пытается заставить меня оправдываться? Оскорбить? Принца на дуэль я не вызову. Вернее, могу, но Карл не даст поединку состояться. Ему не хватало только перед битвой лишиться бойцов из Мертона. Я умирать не собираюсь, а значит, умрет этот напыщенный павлин. Быстро. Равно как и его страйкеры-телохранители, если пожелают выйти против меня вместо своего принца. В любом случае итог один — отряд, присланный лордом Элдрисом, откажется воевать, а за ним начнут откалываться от коалиции и другие лорды Туманных островов.

В общем, очень похоже на то, что меня, во-первых, хотят подставить под гнев Карла, а во-вторых, набить себе цену. Вон, как начали подтягиваться к нам другие островитяне. Поведусь на провокацию, Карлу придется отвалить этим ребятам больше золота.

Я усмехнулся. А ведь король говорил, что порешал с лордами. Еще и навесил долг на меня за это. Ну-ну, шутнички. На Плута там, где сядешь, там и слезешь.

— Кого именно вы называете клятвопреступником? — лениво поинтересовался я у островного принца.

После моего вопроса глаза лейра загорелись. Он, кажется, даже сперва не поверил, что я так быстро угодил в его ловушку.

— Барона Риса, конечно! — имя одного из моих ближников принц словно выплюнул.

— Барона Илара Риса? — изображая удивление и смущение, переспросил я.

— Да, этого клятвопреступника! — торжествующе произнес лейр. — Который во главе двух тысяч стрелков отправился на материк и нанялся к королю Вестонии, но в конце концов почему-то оказался в вашей марке, где и присягнул вам в верности. Хотя сам является вассалом правителя Мертона.

Все стоящие вокруг дворяне затаили дыхание. Одно дело принимать беглых крестьян, и совсем другое — принимать клятву верности у предателя. Позор такого человека, словно вирус, тут же распространяется и на принявшего эту клятву.