Глаза Самиры расширились, а потом засияли. О! Как только до столицы и короля дойдет весть о произошедшем, Гильберу де Амбрелю придется несладко. В то, что его, как и этих троих, повесят, Самира, конечно, не верила. Старый паук обязательно выкрутится. Будет утверждать, что его оговорили, либо, что более вероятно, он переложит ответственность на кого-то из нижестоящих. Обязательно найдет козла отпущения. Но тем не менее, репутации магистра будет нанесет серьезный урон.
— И еще, — добавил Максимилиан. — У меня к вам есть деловое предложение. Как вы смотрите на то, чтобы стать официальным представителем нашей гильдии в Эрувиле? Признаться, с этими сборами я как-то упустил из виду тот факт, что к нам так скоро захотят присоединиться новые члены. Только вы привели ко мне почти четыре десятка магов! А ведь, я так понимаю, очень скоро желающих будет намного больше. И у меня есть что им предложить для развития их дара и магических ремесел. Именно поэтому я и решил открыть официальное представительство в столице, которое вы и возглавите. Дабы пожелавшим к нам присоединиться магам не пришлось более скрываться, подобно преступникам. Гильдия Стражи Тени обеспечит новых членов всем необходимым для путешествия в мою марку и предоставит защиту. Отныне каждый, кто попытается навредить нашим людям, будет жестко наказан.
Самира смотрела на маркграфа, широко раскрыв глаза. Пока он говорил, она ощущала мощь, исходящую от его ауры. Ее слегка потряхивало от разлившийся вокруг силы. Только в этот миг она, наконец, поняла, с кем имеет дело. А еще ее переполняли радость и восторг от осознания открывающихся перед ней возможностей с таким верховным магистром.
— Я согласна! — дрожащим от переполнявших ее чувств голосом произнесла Самира Клеман.
Север Вестонии. Шато Нуар.
Ветер с северных гор обдувал каменные зубцы донжона, проникая сквозь щели между плитами — холодный, сырой, пропахший гарью недавнего штурма.
Над крепостью Шато Нуар поднимались вязкие струйки дыма. Где-то внизу кричали раненые, ржали лошади, слышались удары топоров и скрежет колес. Внезапно всю эту какофонию звуков перекрыл дружный воинственный рев тысяч глоток. Над донжоном затрепетало широкое знамя короля Астландии.
Оттон Второй стоял на смотровой площадке, сложив руки за спиной. Его взор был направлен на юг. Туда, где судорожно билось сердце этой огромной страны. Эрувиль манил Оттона своим блеском и богатством. Отобрав трон у этого слабака Конрада, Оттон неожиданно осознал, что это получилось сделать как-то слишком быстро и просто. Приготовления к мятежу длились чуть ли не в три раза дольше, чем захват власти в Астландии.