Пока экспериментировал с артефактами, неожиданно поднял уровень иммунитета к воздействию на разум до пятнадцатого, этого уровня и решил делать артефакты.

Заняться не успел: вернулась артель Снегирева. Сам он гордо принес контейнер и предложил на продажу еще десяток кристаллов, но уже по три с половиной — чувство вины оказалось слишком скоротечным, чтобы еще и эти кристаллы продавать себе в убыток. Их я тоже купил, ни на что особо не рассчитывая, лишь поддерживая легенду о скупке. Ничего особого там и не оказалось, если не считать второй половины схемы малой Складной сковородки, о чем я зачем-то проговорился Валерону, после чего тот необычайно возбудился и брякнул:

— Наконец-то хоть что-то ценное. Нужно немедленно испытать схему. Петь, прям немедленно — это то, что понадобится в походе.

Я спокойно просмотрел остальное, поднял искру на единичку до сорок девятого уровня и сказал:

— У нас есть артефактный контейнер, куда точно так же можно отправить готовую еду. Первым делом нужно завершить двигатель для Мити, пока элементаль не удрал.

— Точно, — расстроенно вздохнул Валерон. — За него же деньги уплачены.

Поскольку двигатель у меня был уже готов, в него оставалось добавить последний недостающий элемент, так что много времени это не заняло, больше потратили на уговоры Мити, который категорически не хотел отключаться даже ради лазерного резака. Вспомнил свои страхи о том, что может не включиться потом или включиться кем-то другим.

— Митя! — рявкнул Валерон. — Мы тебе не мозги меняем, а сердце. В мозгах у тебя все останется по-прежнему. Не забудешь ни читать, ни писать.

— Я плохо пишу, — признал Митя.

— Лучше писать не станешь. Как и хуже. Дел на пять минут, а ты ломаешься как нежная барышня.

— Я не ломаюсь, я хорошо работаю, — возразил Митя, но сделал пару неуверенных шажков ко мне.

— А будешь работать еще лучше. Считай, тебе вечное сердце поставят, без подзарядки.

Последнее решило все, Митя подошел ко мне и позволил взять себя на руки. Я его отключил, а потом быстро заменил двигатель, проверил, что все в порядке, и опять включил.

— Ну как? — заинтересованно спросил Валерон. — Чувствуешь мощь?

— Проверить надо, — неуверенно переступил лапами Митя.

— Только не здесь проверяйте. Идите в кузню, — предложил я. — Хотя нет, я с вами пойду, а то поэкспериментируете не на том.

В кузне я выдал Мите нож — один из тех, что ковал в начале работы с металлом, а значит, образец был не слишком нужным. Митя споро почикал его на мелкие дольки и заявил:

— Плохой металл, некрепкий.

— Будет тебе покрепче, дружок, — решил я. — Металл с механизмусов дам, но только мелкую пластинку.