— Потрошите, — выдохнул я. — На всех делим.
— Половину — тебе. И все кристаллы, что набили, тоже тебе, — заявил Демин. — Таперя болтать прекращаем. Нама шкуру еще снимать. Шкура большая, у меня зелья может на нее не хватить.
— У меня с собой есть, если что, — вспомнил я.
— Эт хорошо, — обрадовался Демин. — Матвей, шкуру сдерешь?
— Смотреть надобно.
Шкура не резалась совсем ничем. Пришлось ее снимать как бы изнутри, выворачивая наружу, для чего понадобилось вырубать куски из сугробня, причем Демин следил, чтобы ничего полезного не повредили. Мясо в твари было мусорным, но сердце, печень, селезенка, мозги шли в дело. От мозгов, правда, ничего не осталось: то ли болты Матвея, то ли мои заклинания превратили содержимое черепной коробки в кашу. Кашу эту Демин на всякий случай тоже собрал в контейнер — авось удастся продать, пусть и по цене пониже. Заодно собрал россыпь кристаллов, которые на удивление не пострадали. Кристаллы он молча вручил мне, как и те, что нашлись в сердце. Добытые из других передал раньше.
Места для меня при разделке не было. Я поискал обломки своего топорика. Нашел. Восстанавливать там было нечего: сковать новый из кусков я смогу, но смысл? Металл там самый обычный, а улучшения ушли вместе с порчей оружия. Топорика было жалко, но у меня была схема в активе, так что я мог сковать себе сам новый. Раньше не занимался — этот меня полностью устраивал. Я все-таки ближним боем участвую, только если припрет, в основном луплю издалека.
На снятую шкуру ушло и зелье Демина, и мое — такой она оказалась безразмерной. После потрошения туши Демин сразу скомандовал на выход из зоны, куда мы направились кратчайшим путем, волоча за собой шкуру, которая была хоть и легкая относительно своих размеров, но слишком объемная.
— По краю опять прошлись, — заметил Матвей, когда вышли из зоны. — Ежели б не Петр, там и остались бы.
— Эта линия всегда считалась безопасной, — ответил Демин. — Совсем близко от границы-то.
— Скока такая шкура стоить может? — проявил любознательность Василий, когда мы уже шли вдоль дороги к Дугарску, а белоснежный мех красиво переливался на солнце.
— А черт его знает… — вздохнул Демин. — Я такие пока не продавал. Узнавать надо, чтобы не продешевить.
На воротах меня ожидал отчим. В санях с толстой меховой полостью. Сопровождали его трое. Один — бессменный секретарь и два охранника. Меня он не узнал или просто отвлекся на огромную шкуру сугробня, которую свернуть толком и не удалось, тащили ее вдвоем Матвей и Василий.
— Неужто сугробень? — ахнул стражник на воротах.