— Это откуда столько добра? — опешил я.

— Дык, лохматый приволок, — пояснил Прохоров. — Павел Валентинович, когда с ним вчера разговаривал, неожиданно выяснил, что Валерон уже может ставить метки и по ним переноситься. Он поставил одну здесь, вторую там, где разрушенный обоз, после чего, похоже, перетаскал все, что там еще оставалось. Вона даже обломок оглобли лежит.

— Я даже не знал, что он так умеет…

— Похоже, он и сам об этом забыл, — заметил Павел Валентинович. — Эта возможность призрачным помощникам открывается не сразу при попадании в наш мир, а по достижении определенного уровня. Когда я Валерону об этом напомнил, он сразу отправился проверять. И это результат проверки.

— Неплохой результат, — заявил Прохоров. — Двери какие-никакие повесим.

— Здесь находится книжный шкаф, — указал Павел Валентинович на один из контейнеров. — Если вы его поставите в библиотеке, мы с Николаем Степановичем расставим в нем книги. Ибо не дело это, когда они валяются на полу. Сами мы, увы, его не дотащим.

Шкаф даже на вид выглядел тяжелым, и ворочать его по лестнице не было никакого желания.

— Боюсь, одного шкафа не хватит.

— Не переживайте, Петр Аркадьевич, здесь еще один есть. Не дело, что вы живете в таких условиях. Они не соответствуют вашему статусу. Здесь всего лишь минимальный набор.

Не могу сказать, что это меня обрадовало: мебелью в этом доме обзаводиться я не собирался.

— Может, позавтракаем сначала? — предложил я.

— Чтобы потом на полный желудок носить тяжести?

— Зачем носить? — удивился Прохоров. — Лохматого попросим: он в одном месте всосет, в другом — выплюнет.

Я окончательно проснулся, поскольку будить Валерона сейчас показалось мне форменным свинством. Реально же умаялся, бедолага.

— Просить никого не будем. Я руну легкости нанесу и все перетаскаю в одиночку без проблем.

— А вы и руны знаете, Петр Аркадьевич? — поразился Павел Валентинович.

— Я ее на машину наносил при вас.

— Признаться, мы как-то пропустили эту демонстрацию ваших возможностей, Петр Аркадьевич, — смутился он.

— Тогда давайте сделаем так. Мы завтракаем, а потом разбираем контейнеры, которые принес Валерон. Заодно решаем, что куда относить.

Я загрустил. Планы у меня были на сегодня совсем другие, но разобрать гостиную было необходимо: она выглядела складом, что недопустимо. Ладно, когда один контейнер со шторами стоял посреди гостиной, но когда там все завалено…

После завтрака, который Валерон благополучно проспал, мы опять отправились в гостиную, разгребали большие контейнеры, решали, куда какие предметы переносить. Я рисовал на них руны легкости, Прохоров — относил. Пустые контейнеры, так же расписанные рунами, он же относил на чердак, который в этом доме был большим, сухим и абсолютно пустым. То, что было ни к чему не пригодно (как, например, кусок оглобли), откладывалось либо на выброс, либо в кучу для дровяника — для бани топливо всегда нужно.